Автор
В темной комнате, где только что прозвучали шорохи закрывшихся дверей и шаги застопыренных волонтеров, Айдар чувствует неладное. В ушах звучит голос Салманова - будущего судьи — его друга и партнера. Здесь начинается история о подлых правдах и том, как один человек может изменить мир за одну встречу....
Мне не терпится сесть за руль этой малышки так сильно, что вполне могу совершить новую опрометчивую глупость.
Наверное, я и занялась-то машиной так активно, именно чтобы перебить воспоминания о прошлой своей глупости. А еще потому что каждым своим достижением я до сих пор доказываю Айдару, что достойна его. Была.
Мы с Сафие заходим в садик. Я целую взбодрившуюся дочку в нос. Вручаю рюкзачок. Она уже не особенно слушает, когда говорю, что зайду за ней в пять. Смотрит по сторонам. Улыбается.
Дети. Воспитательница.
Ну зачем ей мама?
Отпускаю, чувствуя укол ревности. Не представляю, как когда-то отправлю ее учиться в университет, а то и замуж выдам. О том, что моей дочке могут так же жестоко разбить сердце, как было разбито мое, вообще лучше не думать. У нее всё будет иначе. Хорошо.
Я делаю для этого максимум.
После садика еду в ателье, которое позволяет нам с дочкой жить лучше, чем я когда-то могла расчитывать.
Первое время после моего побега в деньгах я не нуждалась. Наум не бросил меня сразу же.
В тот день я уже понимала: Айдар меня не простит. Видимо, Наум тоже это понял. Вряд ли его мучила совесть (я не очень верю в то, что этот человек ею обременен), но жестить он не стал. Немного облегчил мою участь.
Вживую мы больше не виделись, но по телефону и в переписке общались. Он арендовал квартиру, в которую я тогда заехала, на год. Передал денег и посоветовал тратить с умом.
Для меня это и был конец.
Пока я была беременной, пыталась устроиться на работу, но ничего толкового не получилось. На меня накатывало волнами. Сначала вера в себя, потом отчаянье. Сейчас мне кажется, что я пережила депрессию. Слава Аллаху, не потеряла Сафичку, иначе… Лучше не думать.
Через несколько недель после родов к нам пришел еще один конверт от Наума. О нашей с Айдаром дочери он очевидно узнал, но мои шансы на прощение не повысил, хотя сам же говорил, что чем быстрее я рожу… Ошибся.
Когда Сафичке было полгода, я поняла, что нового конверта скорее всего не будет, а если и будет — на сей раз я должна отказаться. Всерьез занялась нашим будущим. Ждать подачек от Наума унизительно. Надеяться на прощение Айдара бессмысленно. Ползти к отцу — никогда и ни за что.
Я купила швейную машинку. Вспомнила мамины уроки.
