Автор
В темной комнате, где только что прозвучали шорохи закрывшихся дверей и шаги застопыренных волонтеров, Айдар чувствует неладное. В ушах звучит голос Салманова - будущего судьи — его друга и партнера. Здесь начинается история о подлых правдах и том, как один человек может изменить мир за одну встречу....
Дергается.
Черт, испугала.
— Дар, надо температуру померить, — прошу, он резко поднимается на локтях. Хмурится. Смотрит на меня. Мне кажется, понятия не имеет, сколько спал.
Ведет взглядом по комнате. Вспоминает все. Хлопает по кровати. Телефон ищет, наверное.
— Который час?
— Десять…
Опускает голову и трясет ею. Кривится."
"— Блять… Башка трещит… — Трет шею сзади. — Сафие спит уже?
— Да. Ты заболел, Айдар… Температура.
— Сейчас уйду.
Он упирается в матрас руками, хочет встать, а меня накрывает паника.
Прижимаю его руку к кровати своей. Начинаю головой мотать. Торможу:
— Куда? Я тебя не пускаю.
— Малую не хочу заразить. Может и тебя уже…
Все равно мотаю головой.
Он садится, я давлю ладонями уже на мужские колени. Встаю, тянусь лицом к лицу.
Айдар пытается увернуться, я прижимаюсь к губам, щекам, подбородку, шее.
— Айка… Что делаешь?
Он против, но увернуться не даю. Клюю-клюю-клюю. Он пытается отклониться, в итоге толкаю в плечо и забираюсь сверху. Айдар делает еще несколько попыток освободиться, но я не даю.
Смиряется. Снова лежим. Мужское дыхание выравнивается. Я слышу, как болезненно сглатывает.
— Голова трещит. И горло… — Он признается, я жалею, поглаживая по волосам. — Я даже не просыпался…
— И температура у тебя, — продолжаю жалеть, прижимаясь к горячей-горячей коже. — Я буду тебя лечить, — то ли обещаю, то ли угрожаю, ведя носом по колючей щеке.
Несколькосекундное колебание заканчивается уставшим выдохом Айдара.
— Давай я пару дней отлежусь сам, Айк. Не хочу вас заражать.
— Ты не заразишь. Я буду осторожной. Но ты никуда не уйдешь, слышишь?
Не знаю, слышит ли он, но я слышу, как хмыкает.
Захочет — уйдет. Он, в принципе, физически может сделать все, что захочет. С собой. Со мной. С нашим ребенком. Но стопы нам ставит не физика. Психика. Мораль. Чувства.
Я верю, что его чувства к нам не дадут сделать ничего плохого.
— А минеты госпожа врач назначит? — Шутит, тем самым выражая смирение. Я тоже улыбаюсь. Трусь о шею. Прижимаюсь к ней губами.
— Если бульон выпьешь.
Айдар смеется. Обнимает меня крепко. Мы снова лежим.
Ему, наверное, плохо, но мне — немыслимо хорошо. Он гладит меня по спине, а я думаю, как бы засунуть ему под подмышку градусник.
Видимо, реально придется сосать.
На перспективу реагирует тело. Его тело на меня — тоже.
Но так лень…
Мне кажется, он тоже колеблется, но в итоге расслабляется. Еще налюбимся. Закрывает глаза. Несколько раз громко сглатывает. Боюсь, заснет.
