Автор
В холодной комнате АСТ 2021 года шел бой между двумя людьми. Она отказывалась объясняться, а он требовал ответов на вопросы, которые задымили ее психику и жизнь. Встреча происходит в мире, где она несомненно чувствует себя защищенной, но также олицетворяет глубину тайны и темной стороны человеческой души....
Я встретил свою единственную, такую сложную, но такую изысканную, которая смогла вернуть мне доверие и любовь, потерянные мною в юном возрасте. Ноа выглядела счастливой. Теперь, когда я проанализировал все произошедшее, я понял, что у нас с ней много общего. Она осталась без отца в 11 лет, а я без матери в 12. Мы оба настрадались в раннем возрасте и теперь встретились, чтобы исцелить друг друга.
– Я хочу кое-что сделать, – объявила она, доедая последний блинчик. – Дай мне твой мобильник.
– Ты мой парень… – сказала она, внимательно глядя на меня, и я улыбнулся ей.
– Я хочу удалить всех девушек из твоих контактов, кроме меня и Дженны, – сообщила она. Я рассмеялся.
– Ты вот смеешься, а я серьезно, – сказала она и разблокировала мой телефон.
– Ты можешь делать все, что захочешь, только не стирай Энн и Мэдисон… Думаю, ты позволишь мне общаться с сестрой, не так ли? – спросил я и встал, чтобы отнести посуду в раковину.
– Кто такая Энн?
Это имя было слишком похоже на Анну, поэтому я поспешил ей все объяснить.
– Энн – социальный работник, которая приводит Мэдисон, когда я приезжаю на встречи с ней. Она держит меня в курсе того, что происходит в ее жизни, звонит, если что-то случается.
Ноа нахмурилась.
– У тебя пропущен звонок от нее час назад, – сообщила она, и в этот момент загорелся экран, как будто нас подслушивали, и на нем высветилось имя Энн. – Вот она снова, – произнесла Ноа. Я взял телефон.
Было слишком рано для звонков.
– Николас? – услышал я голос Энн.
– Что случилось?
– Мэдисон… – в ее голосе слышались нотки волнения. – Ее госпитализировали. Скорее всего, забыли ввести инсулин, и у нее случился рецидив… Думаю, тебе стоит приехать.
– Она в тяжелом состоянии? – допрашивал я Энн. Сердце мое сжималось от тревоги.
– Я ничего не знаю, – сказала она, и я повесил трубку.
Ноа смотрела на меня, побледнев.
– Что случилось? – спросила она голосом, полным тревоги.
– Моя сестра в больнице, я не знаю, что именно произошло, но похоже, ей не ввели вовремя инсулин.
– Я поеду с тобой, – сказала Ноа.
Я подумал несколько секунд и кивнул. Да, я хотел, чтобы она была со мной. Мама тоже там будет… Я не видел ее больше трех лет.
41. Ноа
Я никогда не видела Ника таким взволнованным, если не считать прошлую ночь, когда он нашел меня в закрытом шкафу. Мы сели в машину. Одной рукой он вел машину, а другой держал меня за руку, которую я положила на рычаг переключения передач.
