Автор
В холодном ноябрьском окне Мокрое дело водяного — история о выборе между долгом и преступлением. Встреча на улице пробуждает подозрения в доверчивых соседях, открывая мир взгляда сомневающейся праведницы, которая задумывается над жалостью и ответственностью за свои решения....
Деньги есть, – всхлипнула девочка.
– Ты одна? – уточнила я.
– Да. С кем мне еще быть?
– С Ниной, – предположила я.
– Нет! Мне жутко плохо! Она не поможет! Приезжайте скорей.
– Уже в пути, – ответила я и направилась к гаражу.
Глава десятая
Когда я вошла в ресторан, Катя сидела в углу пустого зала, перед ней стоял чайник. При виде меня она схватила салфетку и уткнулась в нее лицом. Плечи ее вздрагивали.
Я села рядом и обняла Катю.
– Тише! Все будет хорошо.
– Тетя Лена накричала на бабушку, – прошептала Катюша, – не знаю, из-за чего они поругались.
Я поняла, что Катя долго плакала. Глаза и нос у нее покраснели, веки опухли, по щекам градом катились слезы.
К нам подбежала официантка."
"– У вас все в порядке?
– Здесь есть аптека? – задала я свой вопрос.
– Да, рядом, – ответила девушка, – через два магазина слева.
Я погладила Катю по голове.
– Сходи в туалет умойся. Я принесу капли, ты их выпьешь, и мы поговорим.
Екатерина судорожно закивала, встала и, шмыгая носом, пошла в сторону двери с табличкой «WC».
– Сейчас вернусь, – пообещала я официантке, – принесите что-нибудь к чаю, – и побежала за лекарством.
– Девочка заказала индийский, – крикнула мне в спину девушка. – Вам такой же?
– Да, – ответила я, мне был совершенно безразличен вид напитка.
Сейчас я была готова выпить не только индийский чай, который не люблю, но даже молоко с пенкой.
Когда я вернулась в ресторан, Катюша уже сидела за столом, перед ней стоял чайник и тарелка с пирожными.
Я села напротив и фальшиво бодрым тоном соврала:
– Светлана в реанимации, но ей лучше.
Катя шмыгнула носом.
– Правда?
– Так твой папа сказал, – продолжала я лгать.
Девочка схватила салфетку, покрытую коричневыми разводами, и начала мять ее.
– Мама поправится?
– Непременно! – опрометчиво пообещала я, не говорить же правду, что никто из врачей не знает, что будет сегодня ночью и уж тем более завтра утром.
– Тетя Лена кричала, что ее сестра умрет, как Флора, – забормотала Катя, – что бабушка никогда не хотела, чтобы папа женился на маме.
Я потрясла головой.
– Флора? Гоша? Кто они? Пей чай, пока не остыл!
Катя взяла чашку.
– Никогда этих имен не слышала. Вдруг бабушка решила убить и мою маму?
Я погладила Катю по голове.
– Солнышко, в твоем рассказе концы с концами не сходятся.
