Сотруднику секретного бюро «Бурводканал» попадает рюкзак с жемчугом стоимостью пятнадцать миллионов долларов, предназначенным к уничтожению. Герою предстоит разгадать загадку: зачем уничтожать такое сокровище и кто стоит за этой таинственной операцией.
Двойное прикрытие и глубокая проработка легенды нравились Самохину, однако он почуял во всем этом двойное дно."
"— У тебя есть еще какое-то задание от своего начальства? — дружелюбно спросил он.
— Есть, — не сразу отозвался помощник.
Кажется, здесь не было ни одного человека, который бы выполнял одну задачу, и хорошо, что помощник честно признался…
— А оно не повредит моей работе?
— Нет… Я даже могу сказать. Мне поручено выяснить происхождение драгоценностей. Есть договоренность с твоим руководством… Ты же понимаешь, не каждый день откуда-то приносят по рюкзаку ценнейшего жемчуга.
— Он что, археологический? Из раскопок?
— Эксперты говорят, не похоже, чтоб в земле лежал. Ну, или где-то хранился в идеальных условиях. Ты же знаешь, долго его не сохранить, максимум триста лет, потом рассыпается в пыль. А этот свежайший! И откуда такая масса? Где добывают? Почему раньше никогда не появлялось такое количество?.. Поэтому основная версия — жемчуг все-таки археологического происхождения.
— А не искусственный? Читал, японцы выращивают…
— Искусственный ничем не отличается от естественного, — со знанием дела объяснил Плюхач. — Японцы просто вводят песчинки в мантии живых моллюсков, а перл растет как обычно. Но не таких размеров! И цветов. Цвета же зависят от химсостава воды, от географии морей и самих раковин. А потом, какой смысл Алхимику выращивать жемчуг искусственно, чтобы потом пилить и доставать песчинки?
— У алхимиков своя логика, товарищ майор…
— Меня зовут Владимир Иванович…
— По легенде?
— По жизни… Логика какая-то сумасшедшая, фантастическая…
— Вот поэтому заниматься будем прежде всего ею, — жестко произнес Самохин. — И только потом — твоей второстепенной задачей.
— Меня предупредили, — обиженно вздохнув, сказал помощник. — А я все равно не понимаю… На хрен заниматься больным бредом, когда можно раскрутить этого Сумарокова, а потом взять в руки весь мировой рынок жемчуга?
— Похоже, ты все время работал с драгоценностями?
— Куда приставили, там и работаю…
— А как же лекарство от старости и слабоумия? Плюхач посмотрел на него, как на безумца.
— Неужели ты веришь?
Машина остановилась у невзрачного трехэтажного дома сталинских времен с остатками былого великолепия в виде лепнины и портиков над окнами.
— Это же не религия, чтобы верить. — Самохин открыл дверцу. — Здесь, что ли?
— Здесь, — проворчал помощник и повел Сергея Николаевича в подъезд. — Тебе что, тоже хочется жить вечно?
— Мне — нет.
