Одиночество становится главным героем в этой книге. Из серии мрачных и тихих глав, каждое слово держит читателя на грани, неизвестно как это будет развиваться дальше. Атмосфера непредсказуема и глубоко проникающая в душу, оставляя после себя долгий след после прочтения....
— Анжела, я не спрашивал твоих советов насчет личной жизни, — чуть более жестким тоном, чем обычно, напоминаю я. Она начала заходить на территорию, которую я стерегу с натасканными боевыми собаками и, если не остановится, этот разговор кончится плохо для нас обоих.
— Я тебя сделала, Лука Ради! — Она яростно бьет ладонью по столу. — И ты не уничтожишь все, во что я вложила силы, душу и сердце!
Я открываю рот, чтобы дать достойный ответ, а потом вижу то, чего не замечал все эти годы.
Анжела меня любит.
И считает, что эта любовь делает меня ее собственностью.
Много лет Анжела была рядом: всегда на шаг впереди, всегда с готовым планом действий на любую неожиданность. Конечно, за пару секунд затянувшегося молчания я много не вспомню, но на ум не приходит ни единого повода упрекнуть ее в том, что она сделала что-то халтурно или во вред мне. Все поступки моей помощницы всегда были идеальными, насколько это вообще возможно."
"Не человек — робот, счетная машина без статистических погрешностей.
И только сейчас, после ее громкого заявления, до меня вдруг начинает доходить: это не она подстраивалась под ситуацию, это я влезал в ее рамки дозволенного. Потому что дорожил репутацией и потому что никогда до сегодняшнего дня Анжела не позволяла себе так грубо переться в мою жизнь в грязной обуви.
— Не помню, чтобы повышал тебя до должности человека, которому можно повышать на меня голос, — предупреждаю я. Теперь уже в последний раз. Если она продолжит разговор в том же тоне, это будет означать только одно: наши прекрасные деловые отношения себя исчерпали, и мне пора искать новую помощницу.
Анжела выдерживает мой пристальный взгляд, распрямляет спину и степенно, словно ее переклинило в области поясницы, садится на стул.
— Если ты предпочитаешь вести разговор в таком тоне… — Она улыбается подчеркнуто холодно.
— Я предпочитаю, чтобы ты и дальше занималась только тем, что входит в твои рабочие обязанности.
— Но ты всегда ко мне прислушивался, — тут же кроет она, словно мы играем в дешевую карточную игру, где скорость ценится выше терпения и измора. — Потому что знал — я права. И мои советы всегда избавляли тебя от кучи неприятностей.
Тут я отвешиваю ей сдержанный поклон. Я деловой и взрослый человек, у меня не сломается шея, если я признаю чьи-то очевидные заслуги.
