Одиночество становится главным героем в этой книге. Из серии мрачных и тихих глав, каждое слово держит читателя на грани, неизвестно как это будет развиваться дальше. Атмосфера непредсказуема и глубоко проникающая в душу, оставляя после себя долгий след после прочтения....
Только кивает и соглашается, когда я вычитываю ее за ночные загулы, за то, что из-за нее я был вынужден уехать с важной деловой встречи. Она даже не встревает со своим обычным: «Я знаю, что за важные встречи у тебя ночью!»
— Мне так плохо без тебя… — Она плачет и безжалостно трет кулаком свои наращенные ресницы — лучшее свидетельство, что старается от всей души. — Я просто не могу… Мне плохо одной без тебя. Я спать не могу, есть не могу, у меня душа болит…
Я успеваю сделать шаг назад, когда Светка предпринимает попытку прибрать меня к рукам.
— Выпей таблетки, как врач написал, — бросаю скупо. Нужно валить пока она в образе раскаявшейся грешницы и на нее действует обезболивающий укол. — И ложись спать.
— У меня клиентки… — шмыгает носом Света.
Я достаю из кошелька несколько пятитысячных купюр и нарочно передаю не из рук в руки, а оставляю на столике в прихожей.
— Выздоравливай, Света.
Ухожу. На хрен. Подальше от этой женщины. Нужно бы научиться больше не реагировать на ее звонки и осознать, наконец, что эта женщина — уже не моя головная боль.
------------------------
[1] Оригинал: I look at you and I can't disguise
I've got hungry eyes
I feel the magic between you and I © «Hungry eyes», Eric Carmen
Глава шестнадцатая: Одиночка
О том, как проходит моя неделя до четверга, можно сказать в двух словах: я работаю.
Погружаюсь в рутину глубже, чем Кусто на своем революционном батискафе, хватаюсь за все проекты, тяну так много, как никогда в жизни.
Мое сердце должно быть на замке, иначе мечты и планы о другой, красивой и устроенной жизни, пойдут прахом. Иначе я начну думать о том, что мне уже тридцать и пора, наконец, думать о семье.
И мне страшно, что эти фантазии настолько приятны, что легко, как раковая опухоль, вросли в мои мысли о будущем.
