Одиночество становится главным героем в этой книге. Из серии мрачных и тихих глав, каждое слово держит читателя на грани, неизвестно как это будет развиваться дальше. Атмосфера непредсказуема и глубоко проникающая в душу, оставляя после себя долгий след после прочтения....
Вот так, всего лишь одни выходные — и мой внутренний комфорт трещит по швам, позволяя ненормальной потребности крушить зацементированную, прямую как стрела, дорогу моих планов в будущее. Там, где раньше была комфортная картинка из какого-то журнала, теперь есть ребенок с зелеными глазами.
Сколько бы я не убивалась на работе, даже валясь с ног от усталости, перед сном я все равно думаю об этом, и каждая мысль настолько глубокая и приятная, что я засыпаю в слезах отчаяния.
Игорь мне больше не звонит. Я видела его пропущенные сообщения, думала перезвонить утром, но в понедельник вдруг поняла, что это нужно прекратить вот так: без объяснений, разговоров, без попыток сохранить между нами хоть какой-то мостик.
И мне странно… тихо. Не больно до сорванного в крик горла, а просто тихо. Как будто я отказываюсь не от малознакомого мужчины, а от судьбы, которую повезло встретить в толпе.
Так будет лучше.
В четверг я против обыкновения одеваю джинсы и модный пиджак, укладываю волосы в романтическую прическу и даже наношу чуть более «тяжелый» макияж. Мы с Артемом не созванивались, обменялись несколькими сообщениями во вторник, и он сказал, что наш «киношный четверг» в силе.
Но ни в пять, ни в шесть Артем не дает о себе знать.
Я знаю, что глупо ждать и надеяться, но все равно засиживаюсь в редакции до двенадцати, пока охрана не начинает подозрительно косится в мою сторону."
"Смываю макияж и беспощадно вытираю лицо бумажными полотенцами. Плевать, что на нижних веках остались следы туши, и что помада растеклась за контур губ, а из зеркала на меня смотрит маленькая испуганная серая мышь.
— Докатилась, Женька — ты просто спишь без обязательств! — Сквозь натужный хохот плещу водой в лицо своему отражению и размазываю потеки до бесформенного пятна.
