- Вот уж кому, правда, памятник поставить, так это ему! Вот уж кто вытащил на себе пятилетки, и первую и вторую, и тащит на себе всю Отечественную войну, так это он! Хиба ж не правда? Разве на селе - то план? В промышленности - вот то план! Разве на селе - то темп? В промышленности - вот то темп! Какие мы научились заводы строить - чистые, элегантные, як часы! А наши шахты? Какая-нибудь Англия - ну, что она в угольной промышленности понимает? Отсталость, дикость! Разве есть у них хоть одна шахта, як наша один-бис? Конфетка! И они ведь, капиталисты, привыкли на всем готовом. А мы с нашим темпом, с нашим размахом всегда в напряжении: рабочих людей недостача, строительного материала недостает, транспорт отстает, тысяча и одна больших и малых трудностей. Нет, наш хозяйственник - это гигант!
- То-то вот и оно! - с веселым, счастливым лицом говорил Шульга. - Я помню, на колхозном совещании вызвали нас на комиссию по резолюции. Там Сталин был, - я Сталина бачил, ось як тебе, - и там зашел разговор о нашем брате райкомщике. Один такой, в очках, молоденький, из красных профессоров, як их тогда звали, стал о нашем брате говорить свысока: и отсталые-де мы, и Гегеля не читали, и вроде того, что не каждый день умываемся. Товарищ Сталин усмехнулся та и каже: «Вот вас бы на выучку к райкомщикам, тогда бы вы поумнели»… Ха-ха-ха! - развеселился Шульга.
- Да, коли б вин тогда не повернул круто всю страну на индустриализацию та на колхозы, хороши бы мы были сейчас в войне - хуже Китая! - сказал Валько.- Я тоже Сталина бачил, ось як тебе, на совещании хозяйственников в Москве, на том самом, де вин казав, шо хозяйственник, кто дела не знает, то анекдот, а не хозяйственник… Помнишь?
- А кто ж того времени не помнит! - возбужденно и весело сказал Шульга. - Я ж тогда считался знатоком деревни, не как-нибудь, меня кинули на село, на помощь мужикам по раскулачиванию и по коллективизации… Нет, то великое время было, разве его забудешь? Весь народ пришел в движение. Не знали, когда и спали… Многие мужики тогда колебались, а уже вот перед войной даже самый отсталый почувствовал великие плоды тех лет… И правда, хорошо стали жить перед войной!
- А помнишь, что у нас тогда на шахтах творилось?- сказал Валько, поблескивая своими цыганскими глазами.- Я несколько месяцев и на квартире у себя не был, на шахте ночевал. Ей-богу, как оглядываешься - и не веришь: да неужто ж это мы все сами сделали? Иной раз, честное слово, кажется, что не я сам это все проделывал, а какой-то мой ближний родственник.