В тренировочной площадке Пограничья все бьют рекорды. Боровик требует выйти за край, но Ванька отступает, зная, что командира не хватит на такую глупость. Подтягиваются тела новобранцев, их дыхание вздымается кверху, как и сама площадь.
Похоже, «Молот Пограничья. Книга II» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Древняя боевая машина сумела сделать то, с чем не справились ни дядя, ни Полина, ни даже сама бабушка. Я взглянул на закрепленную на груди голову великана, и на мгновение показалось, что в пустых глазницах мелькнула хитрая искорка. За сотни лет сражений волот получил тысячи ран — и всякий раз его ремонтировали, поменяв пару деталей или залатав дыру в броне очередной пластиной из зачарованного кресбулата или стали. Век за веком оружейники и кузнецы стучали своими молотами, и Святогор возвращался в строй — еще крепче, чем был раньше.
Если очень захотеть — можно починить что угодно.
— Поспи… На том свете отосплюсь, Катюша. — Я протянул руку и осторожно потрепал сестру по макушке. — А сегодня у нас дело за Невой. И еще какое.
Глава 20
— Все, тормози. — Я взялся за ручку на дверце. — Дальше пешком пойдем.
— Ночью, через Тайгу? — тоскливо отозвался Жихарь. — Тут же еще километра два осталось. Можно проехать ведь… Зачем пешком?
— Затем, — отрезал я. — Лес вокруг, машину далеко слышно.
На этот раз я благоразумно решил не шуметь, хоть ради этого нам и предстояла не самая приятная прогулка. Большую часть пути от Великанова моста мы проехали по какой-никакой дороге, потом вдоль берега, но на этом месте пришло время попрощаться с «козликом» и прихваченным с бобриного хутора пикапом.
И немного пройтись на своих двоих.
Когда Жихарь заглушил мотор, тишина тут же навалилась со всех сторон. Такая густая, что, казалось, еще чуть-чуть — и ее можно будет потрогать.
Звуки вернулись не сразу — я чуть ли не полминуты стоял, вдыхая холодный октябрьский воздух, и только потом услышал, как тихо плещется Нева примерно в полусотне метров. Как мерно поскрипывают сосны где-то наверху, и шелестит ветер среди гигантских ветвей. Для цикад уже стало слишком холодно, но свой голос в таежный хор вплетала другая живность — совы и еще какие-то ночные птицы.
Наверняка на охоты выбрались хищники и покрупнее пернатых — но, к счастью, их я пока не слышал.
— Ну, с Матерью. — Я закинул арбалет за спину и слегка подтянул ремень портупеи. — Проверьте снаряжение — и чтобы ничего не брякнуло!
Со всех сторон тут же раздалось сопение, сопровождаемое стуком, позвякиванием карабинов и пряжек и топотом: гридни приводили себя в порядок, готовясь идти через лес.
