В тренировочной площадке Пограничья все бьют рекорды. Боровик требует выйти за край, но Ванька отступает, зная, что командира не хватит на такую глупость. Подтягиваются тела новобранцев, их дыхание вздымается кверху, как и сама площадь.
Похоже, «Молот Пограничья. Книга II» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Или научился с тех пор, как между нами протянулся невидимый, но прочный поводок аспекта. И неудивительно: эта странная связь одинаково хорошо работала в обе стороны, и по канала текла не только мана магического конутра. И если уж я то и дело чувствовал запах добычи и влажный таежный мох под ногами — то есть, лапами — Вулкан наверняка тоже умел заглядывать в человеческую жизнь. И не одним глазком, а сразу двумя.
Может, поэтому и не стал возражать, когда я велел ему забраться в кузов. Просто запрыгнул и улегся рядом со мной, нисколько не обращая внимания ни на людей, ни на сложенные рядом трофейные штуцера, от которых за километр разило порохом и оружейной смазкой.
— Да ладно тебе. Может, и не передавит. Дались ему эти куры. — Жихарь все-таки нашел в себе смелость подсесть чуть поближе. — Зато какой красавец. Порода!
Вулкан даже ухом не повел, но я почувствовал, как где-то внутри у него на мгновение зажглась теплая искорка. Вряд ли зверь уже успел проникнуться симпатией к гридню — скорее считал мою… Или просто уловил интонацию.
Как говорится — доброе слово и кошке приятно.
Огневолку, кажется, тоже.
— А это, ваше сиятельство… — Жихарь осторожно пододвинулся, скользнув спиной по борту кузова. — А погладить можно?
— Думаю, лучше не стоит.
Я пока и сам не спешил прикасаться к Вулкану без надобности. Вряд ли он всерьез обиделся бы на такую фамильярность, однако челюсти и зубы, способные одним движением отхватить палец, а то и кисть целиком, все же внушали уважение.
Волк ко мне привык. Нет, он не разучился охотиться, и мягкий мох в Тайге все еще оставался для Вулкана куда лучшей постелью, чем собачья подстилка в конуре, однако с каждым днем мы становились все ближе — во всех смыслах. Его уже не раз видели неподалеку от Гром-камня, чуть ли не прямо в Отрадном.
Зверь разучился бояться людей, и уже подходил к жилью так близко, что рано или поздно кто-то из местных непременно всадил бы ему пулю в брюхо.
Очень вкусной и почти беззащитной."
"— Почти приехали! — Иван высунул голову из кабины. — Смотрите, ваше сиятельство — встречают уже!
Гром-камень только-только показался за деревьями, а я уже видел всех его обитателей.
