В заснеженной долине медленно прогуливается обоз короля. Солдаты суетятся под замерзшей дорогой, превращая ее в тесный лабиринт ям и укатанных трещин. Белокурый молодой человек, закутанный в черное плащ, смотрит сквозь окно на их неумение преодолеть препятствия. Внезапная перемена к нему приходит, когда он решает сам помочь - выйдя из таверны и отправившись на помощь своим врагам....
– В этом ты, конечно, прав. Но тенденция настораживает. Два, целых два месяца мы были в неведении. Мне это не нравится. Откуда ты знаешь, что падре не ищет нам замену? С его-то связями... Мне лишаться жизни не хочется. Сам понимаешь, по-другому нас не убрать. Может быть, я преувеличиваю. Может быть, – Николай не выдержал и начал разминать пальцы.
– Но вбить небольшой клин между Себастьяном и Кристианом не помешает. Ты как думаешь?
– Да понимаю, конечно, – Этьен со вздохом откинулся на спинку кресла, – чего тут непонятного.
– Этьен, сколько писем написал мальчик? – Николай внимательно вглядывался в лицо сидевшего напротив. – Он ведь два письма написал? Так?
– Точно не уверен, – осторожно ответил библиотекарь. – Я не следил за ним все время, пока мы были вдвоем – как-то в голову не пришло.
Николай возвел глаза к потолку и вздохнул. Придется прибегнуть к другим средствам. И выставил на стол из кармана небольшую бутылочку.
– Этьен, я думаю, от коньяка ты точно не откажешься. Для стимуляции памяти.
И мужчина потопал к шкафу, стоящему в углу. Там, помимо всего прочего, хранились и небольшие стаканчики. Брат библиотекарь был ценителем хорошего коньяка.
– Было бы, что стимулировать, – хмыкнул Этьен. – Но ты прав, не откажусь!
Николай повел плечами – ну еще бы! Стоя к нему спиной, он капнул что-то в один из стаканчиков, прошел к столу, быстро налил коньяку и, протянув стаканчик библиотекарю, сказал:
– Ну, за нас, несчастных русича и франка, оказавшихся во вражьей стране!
Это был их стандартный первый тост. Опрокинув стаканчик, Николай осторожно начал:
– Этьен, писем было два. Первое письмо мальчик сразу спрятал, но ты это успел заметить.
– Прав? – библиотекарь облизал губы. Терпкий и крепкий вкус отличного коньяка из погребов брата Николая, от которого веселее бежит кровь по жилам, легче становится в голове и теплее – в сердце... Отчего же сейчас мысли разбегаются, как круги по воде? Вроде и не пьяный... да откуда бы, всего один стаканчик. Усилием воли Этьен заставил себя сосредоточиться – почему-то это казалось сейчас очень важным. – Письмо...
