В заснеженной долине медленно прогуливается обоз короля. Солдаты суетятся под замерзшей дорогой, превращая ее в тесный лабиринт ям и укатанных трещин. Белокурый молодой человек, закутанный в черное плащ, смотрит сквозь окно на их неумение преодолеть препятствия. Внезапная перемена к нему приходит, когда он решает сам помочь - выйдя из таверны и отправившись на помощь своим врагам....
Молодой человек настороженно вскинул взгляд на отца-настоятеля, впрочем, тут же смиренно потупившись и прячась в тень капюшона...
“Святая инквизиция... Вот этого только этого и не хватало! Лекарю-травнику самое то для полного счастья. И так теперь придется с братом Кристианом говорить.... Так еще любой инквизитор всегда при желании найдет ересь в творении зелий и настоек. Что вы – настоящее колдовство же... Жаль, что он так рано из поездки вернулся”.
Микаэль молча поклонился аббату Себастьяну, тем самым показывая, что понял и принял его слова и осторожно развернувшись, вышел из кельи, притворив за собой тяжелую дверь.
В душе поднималось легкое беспокойство... “Святая инквизиция... – повторил он еще раз про себя, ступая по каменным ступеням лестницы. – А значит и Валасский инквизитор пожалует... Вдруг узнает? Хотя... Что похожего между скромным и послушным бледным монахом с косами до пояса и одиннадцатилетним загорелым коротко стриженным светловолосым мальчишкой, что наперекор воле отца выбежал с дворовыми детьми встречать посольский обоз? ”
8
Аббат перебрал книги, которые прочитал его юный гость, затем вышел из кельи и отправился за завтраком для послушника, по дороге решая, какую выбрать политику, когда пожалует высшая инквизиция.
Варианты, казалось бы, совершенно невероятные, но никто не подкопается потом. Хотя аббат собирался договариваться с врагом по-хорошему.
Хмурый Легрэ встретился аббату Себастьяну у трапезной, подошел, приветственно поклонился.
– Луис уже переговорил с вами, падре? – прямо поинтересовался он.
– Да, брат Кристиан, все в порядке, – кивнул мужчина.
– Ничего особенного. Просто наш юный друг отписал отцу письмо, и я взял с него обещание, что он покажет его вам. – Легрэ сцепил руки перед собой и, внимательно глядя в глаза падре, тихо спросил:
– Он уехать хотел. Вам удалось его отговорить?
– Несомненно удалось, спасибо, – улыбнулся Себастьян. – Гораздо больше сейчас меня заботит вечерня, на которой необходимо объяснить братьям, чем грозит им инквизиция.
