Линк тщится вытащить из особняка семьи Квон непоседливую омегу, которая до сих пор живет в спальне. Это девять лет работы главным телохранителем детей - старшего сына-омеги Джина и младшего Юнги, который тоже обладает потенциалом. Время здорово меняет отношение к этому обязанности, но все еще продолжают терпеть буйства господина Мина.
Но нет — Юнги не умирает, так же стоит в морге, терпеливо слушает, что ему говорят эти люди, просто делающие свою работу.
Чжуна хоронят в закрытом гробу из-за того, что стреляли в лицо. На похоронах было почти все население города, несмотря на то, что произошло, и на то, как Чжун рискнул гражданами своей страны, президента в последний путь провожали все. У многих в памяти Чжун остался как политик, ведущий борьбу с коррупцией, и, конечно же, поднявший экономику. О его терках с картелем, закончившихся потерей его же жизни — решили не вспоминать. Ши Хек все время был под уколами, как только разум омеги прояснялся, он начинал выть и биться. Джин все время был рядом с ним, и он был единственным, кому Ши Хек позволял поддерживать себя, и вообще, на кого опирался. На похоронах его решили оставить в сознании, но передумали сразу же, увидев, что омегу невозможно оттащить с гроба мужа. После похорон Джин привез Ши Хека домой, Юнги вошел сразу за ними в пустой, казавшийся теперь таким чужим и таким холодным дом. Все родственники и знакомые, еще раз выразив соболезнования, покинули особняк, оставив там трех подавленных своим горем омег. Действие лекарств уже прошло, и Ши Хек сидел на диване, со стеклянным взглядом смотрел вперед и, кажется, даже не слушал Джина, пытающегося приободрить папу. Юнги попробовал подойти к папе и даже попросил его быть терпеливее. Но Ши Хек будто смотрит сквозь сына, встает и, сказав, что хочет полежать, поднимается наверх. Мин проходит на кухню за водой и оставляет Джина в гостиной. Потом Юнги долго стоит в саду, прижимает к груди вынутое из семейного альбома фото отца и сотый раз с ним прощается. Когда Мин возвращается в гостиную, то Джина он там не застает. Юнги отпустил прислугу и только сел на диван, как заметил спускающегося по лестнице Джина. На омеге лица не было. Он остановился напротив Мина, и Юнги видит, как брат крупно дрожит и шевелит губами, но Юнги не может разобрать, что он говорит.
— Что случилось? Что с тобой? — уже не контролируя свой голос, кричит Мин.
— Папа… Папа повесился, — говорит Джин и безвольной куклой оседает на пол.
Юнги срывается с места, бежит наверх и, ворвавшись в спальню родителей, застывает у порога. Джин был прав. Ши Хек повесился. На собственными руками сделанной из простыни веревке. Юнги кое-как стаскивает тело вниз и раз сто проверяет пульс. Омега мертв - сомнений нет. Но Юнги продолжает щупать пульс, продолжает просить его открыть глаза.
