Черт бы тебя побрал, Эшлинг.
Я со стоном прижался лбом к стенке, пока горячие потоки воды продолжали хлестать меня по лицу и волосам. Я не был ее спасителем, я был ее монстром. Все эти поздние встречи, мои преследования, ее попытки меня отыскать… все это должно прекратиться.
Пока я не сделал с ней то, что сделал с той картиной.
Ведь я рассказал ей не всю историю.
Спустя несколько лет после того, как я съехал от Кэт, я вернулся в квартиру. Щедро заплатил владельцу, чтобы он устроил мне экскурсию. Я нашел картину. Новые жильцы не стали от нее избавляться. Я украл ее, сжег, а потом выбросил пепел в реку Чарльз.
Я не умел ничего беречь.
Я умел только уничтожать.
И пришло время уничтожить Эшлинг раз и навсегда, чтобы она больше никогда не искала со мной встречи.
Эшлинг«Перестань выбирать тех, кто не выбирает тебя, mon cheri», – голос мисс Би звенел в ушах, когда я выбежала из дома Сэма на подкашивающихся ногах.
Порыв ветра ударил в лицо. Я сделала судорожный вдох, но никакое количество воздуха не могло насытить мои легкие.
Сэм, Сэм, Сэм.
Сломленный, израненный, испорченный, несовершенный Сэм. Созданный руками жестокой матери, приемного отца-гангстера и призрака родного отца, который, как было ему известно, пытался убить его приемную мать.
Я плотнее закуталась в пальто, побежала к «Астон Мартину», дожидавшемуся меня за углом возле дома Сэма, и забралась на пассажирское сиденье. Оказавшись в салоне, тут же схватила ждавший меня термос и сделала жадный глоток кофе.
– Ну что? – спросил Киллиан с водительского места, со скепсисом приподняв бровь.
Он не верил, что Сэм имел какое-то отношение к случившемуся с athair. Не верил и Хантер. Я чувствовала, что Киллиан смотрит на меня, пытаясь понять, переспала ли я с Сэмом. Ищет любой красноречивый признак того, что мы занимались чем-то постыдным. Припухшие губы. Раскрасневшиеся щеки.
Мой брат не верил, что я сдержусь и не наброшусь на Сэма.
Я помотала головой.
– Я не смогла ничего найти, да и он не подкинул никакой информации.
– Конечно, не смогла. Потому что у Сэма есть дела поважнее, чем вредить athair безо всякой видимой причины.
– Он единственный из присутствовавших за столом способен на отравление.
– Athair по оплошности попал в больницу. Дай своей хорошенькой головке отдохнуть, Эш. Сэм невиновен – в этом конкретном случае, разумеется. В целом он, вероятно, в ответе за все пакости, что произошли в Массачусетсе с 1998 года. Тема закрыта.
Не дождавшись от меня ответа, он со стоном опустил голову на подголовник и закрыл глаза.
– Скажи, что бросишь это дело. У меня и так забот по горло. Не хватало тушить очередной пожар.
– Ладно, – отрезала я. – Я больше не стану ничего о нем разнюхивать.
– Обещаешь? – спросил он.
– Обещаю.
Это было глупо.