– Если тебе есть что сказать, тогда говори и быстрее. Мне все это осточертело еще три дня тому назад."
"– Твоя мать говорит, хотя ты слишком упрям, чтобы это понять, – медленно проговорил Трой, тоном предостерегая меня, чтобы не дерзил его жене, – что желаемое может в итоге не ответить тебе взаимностью, если, добиваясь его, ты уничтожишь все на своем пути.
– Ты знаешь, чего хочешь? – Спэрроу наклонилась ко мне, почти касаясь лицом моего лица, и посмотрела на меня пристальным взглядом потемневших зеленых глаз.
– Да, – процедил я, выдержав ее взгляд. – Хочу, чтобы вы оба от меня отстали.
– Нет, Сэм. Ты думаешь, что хочешь отмщения. Но на самом деле… – она замолчала, качая головой, – на самом деле ты хочешь совершенного иного.
– Даже если бы я хотел того, чего, по-твоему, хочу, то, добившись желаемого, я только все испорчу. Я монстр, – прорычал я, чувствуя, как невидимая цепь, сковывающая мою силу воли, натягивается, готовая порваться и высвободить весь сдерживаемый гнев.
Спэрроу обхватила мою щеку ладонью и одарила печальной улыбкой.
– Если монстра можно создать, значит, можно и вернуть в прежнее состояние. Доброй ночи, мой милый мальчик. – Она поцеловала меня в нос и вышла из машины.
Трой выскочил следом.
На несколько мгновений я остался наедине со своей машиной и тишиной, прерываемой сиреной «Скорой помощи» в нескольких километрах отсюда.
А потом расхохотался.
Зашелся радостным, гортанным смехом.
Таким, что пронесся по всему моему телу.
– Глупцы, я не хочу Эшлинг. – Я завел машину. – Но я заполучу ее.
Пришло время взять все, что Эшлинг так смело мне предлагала.
Сначала я заполучу то, в чем так долго себе отказывал. Американскую принцессу.
Потом уничтожу ее отца.
К тому же это станет для него еще большим ударом.
Девятая
Эшлинг– Он ушел! – Мама ворвалась в мою спальню, похожая на демона из фильма ужасов за миг до того, как он начинает выползать из пруда. – Все его вещи пропали. Костюмы. Вся одежда. Ноутбуки. Портфель. Этот мерзавец оставил только обручальное кольцо!
Я села в постели, протирая глаза. Окружающий мир постепенно начал обретать четкость. Сегодня четверг. Прошло несколько дней после благотворительного бала. А отец с тех пор так и не появлялся дома. Решил остаться у Киллиана и Персефоны, пока все не утихнет. Во всяком случае, так мы считали еще три секунды назад.
– Мам, я…
– Я этого не делала! – взвыла она, колотя себя кулаком в грудь. – Ты ведь веришь мне? Я не виновата. Клянусь. Ни в отравлении. Ни в пропаже запонок. Господи боже, Эшлинг, мы обе знаем, как он помешан на этих запонках. Я бы никогда этого не сделала!
– Я тебе верю, – искренне ответила я. Затем встала с постели, все еще не проснувшись до конца, подошла к маме, опустила руку ей на плечо и стала медленно поглаживать.