– Во-первых, они ходят на терапию, потому что ты оставил им шрамы на всю жизнь, а не потому, что сблизил их.
– Как ни назови, суть одна.
– Во-вторых, – процедила я, – у меня нет своего заработка, и мне не по карману оплачивать аренду.
– О том, что ты будешь платить за аренду, не было и речи, – съязвил он. – Квартира принадлежит мне.
– Я не стану жить задарма.
– Ничто в этом соглашении не выйдет даром, Эшлинг. Жизнь с таким мужчиной, как я, дорого обходится.
– А ты все такая же шовинистская свинья. – Я скрестила руки на груди.
Сэм сделала шаг вперед, оттесняя меня, и смахнул выбившуюся прядь волос с моей щеки.
– Нет, Никс, просто я беру то, что хочу. То, что принадлежит мне. То, чего я достоин.
– Меня ты не достоин.
Он улыбнулся.
– Раньше я тоже так думал. А потом узнал, чем ты занимаешься в этой клинике. Мы с тобой не такие уж разные. Нас отличает лишь формальная терминология.
Я ахнула.
– Не смей. То, чем я занимаюсь…
– Прекрасно. А еще незаконно. В условиях перенаселения жизнь всегда почти ничего не стоит, – ответил он, обдавая дыханием мое лицо и заставляя каждую клеточку тела трепетать от желания и предвкушения.
– Ты все такой же говнюк, – сообщила я.
Он наклонился и проговорил мне в губы:
– Я никогда не давал обещаний, что перестану им быть. Я лишь обещал, что буду твоим говнюком.
– А что насчет других женщин? – Я почувствовала, как начинаю таять в его руках. – Что будет, когда я тебе надоем?
– Ты никогда мне не надоешь. – Он скользнул языком между моих губ, разомкнув их, и страстно меня поцеловал. Я позволила ему, несмотря на все мои запреты, здравый смысл и то обстоятельство, что это в корне противоречило тому, чего я пыталась добиться.
Я обмякла в его объятьях, наслаждаясь его уверенностью, пока его язык кружил вокруг моего. Он сжал мои волосы, пальцами впиваясь в кожу."
"– Все эти годы, Никс, я думал о тебе. Каждый раз, когда трахал другую. Каждый раз, когда приводил кого-то в свой кабинет. Я закрывал глаза и видел тебя. А потом вспоминал, что твоя семья уничтожит нас, если я заполучу тебя. Они бы ни за что этого не допустили. Я вспоминал о том, как сильно испорчу тебе жизнь, если прикоснусь к тебе. Если ты станешь моей. Если ты узнаешь, сколько крови я пролил. Я не хотел втягивать тебя в свой хаос, но теперь, когда я узнал, что мы оба испорчены и несовершенны, это все меняет.
– И ты получил одобрение моего отца. – Я уперлась ладонью ему в грудь и оттолкнула. – Как?
Сэм ухмыльнулся.
– Думаю, твой отец понял, что я готов зайти дальше, чем готов зайти он, чтобы защитить тебя. Он не глупый человек, Эш. Он знает, что я всегда получаю желаемое. А я хочу его дочь.
– Твой поцелуй. – Я нахмурилась. – У него был другой вкус.
– Я бросил курить.