Автор
В Эрцоге Л. Дж. Шэн поведает о монстре, который прячется среди обычных людей, скрываясь от общества и своей жуткой тайны. Внутренний мир монстра становится ключом к пониманию беспринципности человеческого сердца, вызывая не только размышления о любви и нравах, но и пугает своим невероятным масштабом и глубиной....
Одни читают книги, а я – людей. Ты пыталась вырвать руку, а это понятный во всем мире знак: «отвали к черту». Я заметил тебя на мониторе. – Он указал подбородком на монитор на столе, на экране которого мелькали черно-белые записи с камер клуба со всех ракурсов.
Я растянула кроваво-красные губы в улыбке.
– Ты прав. Он был не в моем вкусе. Но это не значит, что я пришла сюда не для того, чтобы поразвлечься.
– Вот как? – безразлично переспросил он.
– Да. – Мой голос едва заметно дрогнул, когда мне вспомнились слова, которые я увидела на двери туалета в парке аттракционов.
Страсть мимолетна, любовь остается.
Страсть нетерпелива, любовь ждет.
Страсть обжигает, любовь согревает.
Страсть опустошает… А любовь? Любовь убивает.
С.О.Б.
Сэмюэл Остин Бреннан.
Глупо ли думать, что их написал он? Что эти слова когда-то давно были адресованы мне?
– Тогда тебе стоит пойти в зал и попытать удачу. – Его голос, словно ледяной душ, вмиг остудил мои заигрывания.
– Или, может, мы могли бы помочь друг другу.
Сэм ответил насмешливой, полной сомнений улыбкой.
– А кто сказал, что я в поисках партнерши?
– Твоя кровь.
– Ты знаешь, какая у меня кровь?
– Горячая, – пояснила я.
– Неважно, горячая она или холодная, тебе со мной не справиться, милая.
– А ты проверь.
Он медленно прошелся взглядом по моему телу, будто пытался решить, стоит ли ради меня расстегивать штаны.
Чем дольше мы говорили, тем более неуверенно звучал мой голос. Пронзительно.
В манере Эшлинг. Казалось, Сэм обдумывал мое предложение, поглаживая подбородок.
– Развернись, – велел он.
Я послушалась, остро ощущая, что он оценивает мою задницу. У меня была красивая задница. Я четыре раза в неделю занималась йогой вместе с матерью, несмотря на плотный график ординатора на первом году обучения. Но вот что главное в неразделенной любви: ты всегда считаешь себя недостойным объекта своего обожания.
– Подними юбку. – Его жесткий голос рассек воздух.
Я сделала, как он велел, хоть и знала, что он увидит кое-что неожиданное.
Мои белые хлопковые трусики, практичные и великоватые мне на размер. Удобный выбор женщины, которая весь день проводит в медицинской форме, но совершенно не подходящий к этому образу.
Он издал смешок. Мое сердце екнуло.
– Выметайся.
