В Море ты окажешься в мире отчаяния и одиночества — отдаленной планете после катастрофы, где хищные зомби и безжалостные боссы делятся твою судьбу. Здесь каждое движение подчиняется жестокому закону выживания, а сама природа кажется гнетущей тюрьмой, в которой ты попал....
– Молодец, Санёк, родина о тебе и не вспомнит, – хлопнул я его по спине. – Давай, заводи это корыто, а ты, Хоттабыч, давай в нашу, за руль. Ленка! – крикнул я нашу подругу. – Дуй сюда, с Саней на вонючке поедешь.
Вот такой небольшой колонной мы и остановились недалеко от Склифа. Сразу в бой прыгать не стали, там навскидку пара тысяч мертвяков. Тут нужно крепко подумать. При желании они обе наши машины на руках унесут. А нас всего пятеро, при этом Аркадич вообще не боец.
Глава 18
Вообще огонь!Саня сидел и приматывал скотчем гранаты к баллончиками с дезодорантами.
– Нет, Саня, не вариант, – в моей голове наконец созрела идея. – Валим домой, берём ещё людей. Мы здесь даже сотней таких бомб ничего не сделаем. Их слишком много.
– Это я что, зря кручу сижу? – возмутился тот.
– Ну почему зря, пригодятся же, – успокоил его я.
– Чего придумал? – сразу прицепилась Ленка.
– Скоро сама всё узнаешь, – сделал я хитрое лицо. – Но на сегодня всё. Валим в Кремль, заодно бабы как следует машину отмоют.
– Ну Серёж, ну скажи, – заканючила она. – Вот что ты как этот вечно?
– Это я как этот? – картинно возмутился я. – Вот всё, только хотел рассказать, теперь не буду.
Сзади начали тихонько хрюкать Хоттабыч с Аркадичем. Лена посмотрела на меня с прищуром и сделала вид, что обиделась.
– Ладно, не злись, – смилостивился я. – Выманить я их хочу. Нужно место большое найти, стоянку или площадку. Выставим там аппаратуру посерьёзнее и замочим рок в этой дыре. А когда эти твари сбегутся, польём их бензином из пожарных машин и спалим к чёртовой бабушке.
– Класс! – даже подпрыгнула Ленка. – Это вообще самая крутая тусовка в мире будет!
– Можно будет дистанционно поджечь, – ухватился за идею Аркадич.
– Ой, да хорош тебе, Аркадич, зачем нам этот геморрой, – отмахнулся я. – Зажигательной стрельну, и вся любовь. В крайнем случае сигнальной ракетой.
– Действительно, – усмехнулся тот. – Видимо, это привычка любого учёного человека – всё усложнять. Вот был у меня по молодости случай один…
– Так, давай потом, по дороге расскажешь, – остановил я его. – Сейчас части пожарные ищем и машины к нам гоним.
