Вы со Скифр уже познакомились?
— Ты Скифр?! — Колючка вытаращилась на чернокожую так, словно впервые увидела ее. — Та самая воровка? Похитительница эльфийских реликвий? Убийца? Это за тобой охотится праматерь Вексен?
Скифр понюхала пальцы, все еще испачканные пометом, и нахмурилась, словно никак не могла взять в толк, как он мог оказаться у нее на руках.
— Воровка? Ничего подобного. Эти реликвии просто валялись в Строкоме. Вот пусть мне эльфы иск и предъявляют. Что до убийцы… знаешь, в чем разница между убийцей и героем? В том, насколько высокородны были ими убитые. Что же до охоты на меня, то благодаря общительному нраву я сделалась весьма популярна! Отец Ярви нанял меня… словом, для нескольких дел, и среди них — хотя я понятия не имею, зачем ему это сдалось… — и тут она прижала длинный палец к груди Колючки, — …научить тебя драться.
— Я умею драться, — прорычала Колючка, пытаясь расправить плечи.
Ей казалось, что она выглядит очень воинственно. Скифр запрокинула бритую голову и расхохоталась.
— Это как вы в том сарае друг против друга топтались? Нет уж, спасибо, речь не об этом. Отец Ярви платит мне за то, чтобы ты стала смертельно опасной.
Рука Скифр метнулась с ошеломительной скоростью, и Колючка получила затрещину — да такую, что улетела и треснулась спиной о бочку.
— За что? — спросила она, потирая горящую щеку.
— Твой первый урок. Будь всегда наготове. Если я могу ударить тебя, ты заслуживаешь того, чтобы тебя ударили.
— Я так понимаю, что к тебе это тоже относится.
— А как же, — широко улыбнулась Скифр.
Колючка бросилась на нее, но поймала лишь воздух. Она споткнулась, рука вдруг вывернулась за спину, а склизкие доски причала врезались в лицо. Боевой клич превратился в удивленный писк, а потом, когда ей зверски перекрутили мизинец, в долгий стон боли.
— Ты до сих пор считаешь, что мне нечему тебя научить?
— Нет! Нет! — заскулила Колючка, беспомощно извиваясь — пронзительная боль скрутила каждый сустав вывернутой руки. — Я очень хочу учиться!
— Что ты выучила на первом уроке?
— Если тебя бьют, значит, заслужил!
— Боль — лучший учитель, скоро сама увидишь.
Колючке удалось встать на колени. Она затрясла рукой, которая еще дергала болью, подняла взгляд — и увидела, что над ней стоит старый знакомец Бранд, с мешком за плечами и широкой улыбкой на лице.
Скифр тоже осклабилась:
— Немножко, — признался Бранд.
Скифр залепила затрещину и ему. Бранд пошатнулся и налетел спиной на столб, уронил мешок себе на ногу и глупо заморгал.
— Ты что, и меня драться учишь?
— Нет. Но ты тоже должен быть всегда готов к бою, понял?
Матушка протянула руку, помогая ей подняться.
Колючка демонстративно отказалась на нее опереться.
— А ты бы знала, если бы была рядом со мной, а не кормчего охмуряла.