У него словно камень с души упал. Словно он все время нес на себе «Южный Ветер», а тут вдруг избавился от ноши. И он впервые за все время с тех пор, как покинул Торлбю, чувствовал, что наконец-то пребывает в свете.
— Бесстрашный воин, говорите? — И он указал на Колючку. — Вот она. Колючка Бату, Избранный Щит королевы. В Первогороде она одна сражалась с семью воинами и спасла Императрицу Юга. По всему морю Осколков поют о ней песни! А вы — вы набираете в войско мальчишек, которые не знают, с какой стороны браться за копье! Что это за самоубийственная гордость? Что это за глупость? Я мечтал стать воином. Служить тебе, мой король. Защищать свою страну. Встать плечом к плечу с братьями по оружию.
И он посмотрел Хуннану прямо в глаза и пожал плечами:
— Если быть воином значит именно это — тогда нет, я не хочу быть воином.
Толпа снова вскипела гневными криками, и снова король Атиль поднял дрожащую руку и призвал всех к тишине.
— Многим здесь не по нраву твои речи, — сказал он. — Но это не речи труса. Среди мужчин есть и те, кого коснулся Отче Мир.
Усталый взгляд его перешел на отца Ярви, потом упал на Колючку, и одно веко задергалось.
— А среди женщин бывают такие, кого коснулась Матерь Война. Смерть… ждет нас всех.
И вдруг лежавшая на мече рука задрожала сильнее обычного.
— Но каждый из нас должен отыскать… достойную дорогу… к ее… двери…
И он чуть не выпал из кресла. Отец Ярви соскочил со стула и успел его подхватить. Меч соскользнул с колен и упал в грязь. Служитель с Ральфом подняли короля с кресла и увели в шатер. Голова Атиля безвольно качалась. Ноги волочились по грязи. Толпа роптала все громче и громче, теперь в ее голосе слышался страх.
— Король меч уронил!
— Не будет нам удачи в бою!
— Нет нам милости от богов…
— Успокойтесь! — Это поднялась королева Лайтлин и окатила толпу ледяным презрительным взглядом. — Что я вижу? Воинство Гетланда или толпу судачащих рабынь?
Она подняла из грязи королевский меч и прижала его к груди, как делал это король. Но руки ее не дрожали, и глаза глядели твердо, и голос звучал громко и уверенно.
— Сейчас не время для сомнений! Крушитель Мечей ждет нас у Амонова Зуба! Король не с нами, но мы знаем, что он сказал бы!
— Последнее слово за сталью! — выкрикнула Колючка, и эльфийский браслет вспыхнул яростным красным.
— Сталь! — взревел мастер Хуннан, вскидывая меч.
С железным шорохом обнажались мечи, и острия их грозно вздымались к небу.
— Сталь! Сталь! Сталь! — взревела в тысячу глоток толпа.
И только Бранд стоял и молчал. Он всегда думал, что добро и благо — это когда ты сражаешься плечом к плечу с братьями. А теперь оказалось, что, возможно, благо заключается в том, чтобы не сражаться вовсе.