Автор
В своем кабинете я наблюдаю за эйчар-менеджером, извиняясь перед главным акционером компании и отправляясь куда-то далеко. Огорчение взрывает меня, но смешано с непониманием — кто такой этот акционер? Волнуете вас, и все же они кидаются в неизвестность за своей бизнес-партнершей....
— Людмила! — грозно сдвигаю брови, пытаясь затормозить ее, но куда там! Этот экспресс идет прямиком к своей цели! Не свернешь с пути!
— … без меня вы не разберётесь! — она словно не слышит меня, продолжает говорить и говорить, — купи ей платье и отправь приглашение! Игорь, она красивая, умная, выдумщица, конечно, но нельзя так долго в разлуке. И вообще, расставаться в таком возрасте вредно. Загибаетесь! И она, и ты.
— Людмила…
— Ну что “Людмила”? Что? Ты себя в зеркале давно видел? На привидение похож! И, уверена, девочка так же себя чувствует! Что бы она ни натворила, тебе надо сделать первый шаг! Мужчина ты или кто?
Очень сильно хочется сказать, что это не ее дело, а еще сильнее хочется набрать дяде Ване и пожаловаться, что его жена слишком много на себя берет.
Но это так по-детски…
И так глупо.
И вообще, все мои поступки с некоторых пор отдают инфантильностью.
Права Людмила, хоть и вредная язва, конечно.
И нос не в свое дело сует.
Сжимаю переносицу, прикрывая на мгновение веки и принимая решение.
Не стоит откладывать все на после Нового года. А то доиграюсь, досмотрюсь со стороны на женщину до того, что потом буду смотреть, как она замуж за другого выходит.
Выдыхаю, формулируя в голове предложения, и коротко приказываю:
— Платье закажи, на свой вкус. Отправь ей с одним приглашением. Но через Платона, он свой человек.
— Всё сделаю, — радостно кивает Людмила, подрывается с места, идет к выходу, поворачивается на пороге и проникновенно вещает, — Игорёша, ты не обижайся, если я вот так… Прямо… Просто мы с Ванюшей и Петрушей очень сильно переживаем за тебя.
Да уж. Особенно полуторагодовалый Петруша за меня переживает…
— Людмила Вячеславовна! Покиньте мой кабинет!
— Всё, ухожу-ухожу.
Она выбегает из кабинета, а я остаюсь сидеть и смотреть на закрывшуюся дверь.
Ловлю себя на том, что улыбаюсь невольно.
Надо же… Похоже, перед Новым годом жизнь начинает исправляться. И эта пограничная дата, 31 декабря, несет мне нечто новое.
И, как в детстве, появляется воодушевление, предвкушение праздника и радости.
Глава 24
— Платон! — кричу я в трубку, выскакивая из своей машины и кидая ключи валету, парень быстро садится за руль, чтоб отогнать ее на стоянку для гостей, — какого хрена происходит?
Иду ко входу в загородный клуб. Здесь только приглашенные,
территория огорожена, журналистов не пускают, предупредили сразу, что и телефон на входе отберут.
