В глухой снежной зимней деревне Вишняковке, каждый дом кажется замшелым и заброшенным. Группа военных прячется за крайним домом, словно заслоняясь невидимыми врагами. Здесь стены изнутри заполнились густой мховой и раздавались странные шорохи - будто тайное движение пронизывает снежную мертвенность деревенской окольцовки....
– Товарищ лейтенант, это фрицы! – утробного выдохнул Гончар. Вот так номер в цирке… Как такое может быть?
– Думаешь только мы ходим во вражеский тыл? – отозвался Глеб.
Он всё ещё выжидал, не зная как будет действовать противник – может мимо пройдут. И вдруг сообразил – да чёрта лысого они пройдут! Сутки или двое ползали по советским тылам, промёрзли как последние сволочи. Последняя ночь выдалась суровая. Не пройдут они мимо, обязательно зайдут погреться! Глеб уже видел холодные лица.
Они появлялись над косогором. Иней белел на бровях и щетине.
"Диверсанты скапливались в слепой зоне за оградой. Двое отправились на фланги, но быстро вернулись не заметив ничего подозрительного. Эти люди действовали строго по писанному, как роботы. Поднялся офицер, он шёл последним, тоже побежал, выбрасывая ноги из глубокого снега. По лицу блуждала усмешка, у фрица явно было приподнятое настроение. Языка с советской стороны они не вели – и то слава богу.
– Товарищ лейтенант, я шестнадцать насчитал, включая офицера, – прошептал Гончар.
– Гитлеровская разведка, обученные специи. Идут с нашей стороны, видать что-то накопали. Замёрзли, погреться хотят.
– Уничтожить их надо, товарищ лейтенант, чтобы к себе не добрались.
– Ты ставишь невыполнимую задачу, – усмешка вышла неестественной. – Уничтожить шестнадцать обученных врагов и при этом самим никого не потерять, это невозможно, Гончар.
– Ну, товарищ лейтенант! – Гончар ещё больше заволновался. – Мы в подвале в западне окажемся.
– Оттуда есть запасной выход. Контролировать оба. Глубоко в подвал они не сунутся, они же только погреться идут.
– Так и мы погреться шли…
– Ладно, не умничай. Дуй!
– Слушаюсь. А вы?
– Я посижу ещё.
