В глухой снежной зимней деревне Вишняковке, каждый дом кажется замшелым и заброшенным. Группа военных прячется за крайним домом, словно заслоняясь невидимыми врагами. Здесь стены изнутри заполнились густой мховой и раздавались странные шорохи - будто тайное движение пронизывает снежную мертвенность деревенской окольцовки....
Все машины пересчитали? В обеих колоннах?
– Да мы считали, – сержант помялся. – Только у всех по разному получилось. Вы же всех отличников с собой увели.
– У меня была четвёрка по математике, – встрепенулся светловолосой Асташкин. – Но в аттестате правда посредственно поставили."
"– А тебя никто не спрашивал, – отрезал сержант. – В общем считали все, но имеем разные цифры. Но это неважно – танком больше, танком меньше. В общей сложности примерно два десятка танков, дюжина тяжёлых орудий, около десятка бронетранспортёров, одиннадцать или двенадцать грузовиков с пехотой, что в сумме означает практически батальон.
– Губарев их не удержит, это понятно, – пробормотал Глеб. – В его задачу входит выиграть время, измотать противника. Главное, чтобы через позиции Фёдорова не прорвались. В общем так мужики. Разворачиваете рацию, передадим добытые сведения, а потом будем думать как помочь ребятам.
В глубине леса имелась удобная лощина. В неё перенесли рацию. Радиосвязь осуществлялась только морзянкой. На этот случай имелся рядовой Курёхин из Чебоксар, окончивший на гражданке радиотехнику.
Показания Венцеля не противоречили математическим расчетом разведчиков и во многом их эффективно дополняли. Лейтенант диктовал, а Курёхин бил ключом, высунув язык от усердия.
16-й танковый корпус вермахта понёс большие потери, но сохранил боеспособность и в ближайшие дни намерен прорваться к Москве.
«Сообщение приняли. Идите к Губареву, – последовал ответ. – Но постарайтесь выжить, ребята. Хоть кто-то должен выжить».
Глава пятая
Рота капитана Губарева, усиленная батареей сорокапятимиллиметровых противотанковых орудий, стояла насмерть.
