— Морозов, подойди, поговорить нужно. — сказал тут ротмистр вполголоса.
— Хорошо, Юрий Владимирович. — сказал я.
Мы отошли в сторону, Звягинцев осмотрелся по сторонам, после чего заговорил.
— Я видел твой беличий забег, как ты скакал по крепости. — продолжил ротмистр. — Ты же не думал, что что-то такое может укрыться от моего взора? Ты наверняка спас некоторых людей, может это даже будет плюсом к репутации эскадрона. Я так же заметил, что у тебя прибавилось маны с тех пор как ты очнулся в повозке.
Все мы растём в силе, многие из моих коллег через это проходили. Каждый из них начинал чувствовать себя непобедимым. И четверо из них, включая меня, живы только потому что нашёлся нужный человек и сказал такие слова: Ты не всемогущ. Ты всё ещё человек. Ты человек, Миша. Более того, ещё совсем молод, ты ровесник моего племянника, потому тебе стоит держать под контролем свою горячую голову, быть рассудительным и осторожным. Я, конечно, тебе не отец. Но я твой командир и хотел бы, чтобы ты внял моему совету.
Тебе многому ещё предстоит учиться. Мы всю жизнь здесь чему-то учимся, какими бы сильными ни были. Также все мы смертны, невзирая на силу, желательно, чтобы ты осознал это сейчас, а не тогда, когда ничего исправить будет нельзя. Маги на службе доживают до моих лет не одними знаниями, и я бы хотел, чтобы ты прожил не меньше моего, того же желаю каждому из моих ребят. Пойдём в столовую понемногу, на ходу продолжим.
Мы с ротмистром направились в столовую.
— И как, много стриг убил? — спросил он.
— Я не считал, не было такой цели. — ответил я."
"— Догадываюсь, что много. — ухмыльнулся ротмистр, ткнув меня локтём. — вполне подходящая тактика против большого количества слабых и шустрых тварей. Но самодеятельности мне тут не надо, так что, впредь, я тебя прошу, если что-то такое затеял, говори мне, в противном случае получишь дисциплинарку, не жалуйся потом. Я должен знать в сражении где ты и что делаешь. Мало ли ты в беду попадёшь, а я не буду знать куда ты подевался.
Будет прискорбно, если к тому времени, как эскадрон тебя найдёт, ты сгинешь. А я не люблю терять своих бойцов. Ты всё понял?
— Да, Юрий Владимирович. — ответил я. — прошу прощения за это.
— Ладно, иди давай, тебя уже заждались сослуживцы. — сказал ротмистр. — А я пойду к себе, это если кто спросит.
С этими словами ротмистр пригладил правый ус и застучал каблуками по коридору.
Да уж, опростоволосился я.