Автор
Я бежал без оглядки ни под ноги, ни назад - пули свистели слева и справа, но гвардейцы были недостаточно сильны. Я, Александр Ожерельев, лучший боевой маг в своем роде, не знала мелочей. Вперед через триста метров, поворот налево - сто метров до фрески Георгия Победоноса.
И как это я сразу этого не заметил. А ещё распинаюсь тут о умении давать ситуации трезвую оценку, какой стыд. Да, Саша, с этим юным телом паренька ты совсем свою хватку потерял.
Тут она отошла от стены и попыталась подойти ко мне, но потеряла равновесие и свалилась ко мне в объятия. Я непроизвольно её подхватил. Её фигура оказалась такой идеальной и подтянутой, что мне будет трудно оторвать руки от её талии.
— Тебе бы протрезветь немного. — сказал я.
— Да, надо. — ответила она. — у меня в комнате есть флаконы для этого.
— У тебя на все случаи жизни снадобья есть? — ухмыльнулся я.
— Да, — тут же серьёзно ответила она, даже приподнялась, чтобы посмотреть на меня своими карими большими глазами — Да, это моё увлечение и дело моей жизни. Я сама их готовлю. Разве это плохо?
— Нет конечно. — ответил я. — Это потрясающее увлечение. Если хочешь, я помогу тебе добраться до твоей комнаты.
— А мы уже здесь. — ответила она и ткнула пальцем расслабленной кисти в дверь. — Я разместила свои вещи в этой комнате.
— А, вон оно как. — ответил я, аккуратно отпуская её и надеясь, что она не упадёт снова.- В таком случае я поищу другую комнату для ночлега.
Но Анна не дала её отпустить, даже вцепилась в меня крепче.
— Постой. — сказала она. — Моя подруга поселилась в другой комнате, с мужчиной из эскадрона. Я не хочу, ночевать одна. И не хочу, чтобы ко мне подселился кто-то ещё.
— Хорошо, я найду твою подругу. — сказал я, понимая к чему она клонит. Сейчас она пьяна вдрызг, потом жалеть будет о своём решении.
Она ударила меня в грудь своим кулачком.
— Ух, какой ты непонятливый. — сказала заплетающимся языком она, слегка повысив свой голос. — Я хочу ночевать с тобой. Я не против твоей компании, ты хороший."
"И в каком это смысле я — хороший? Лучше промолчу, приводить аргументы против ломающих всякую логику выводов этой красотки будет бессмысленно. А ещё Аркадий говорил, что на службе не разрешается напиваться, так что будет, все-таки, лучше, если я сдамся и мы войдём внутрь, пока нас никто не увидел.
— Ладно, сдаюсь, — ответил я. — Если ты того хочешь, давай зайдём внутрь. Но, в первую очередь поищем флаконы, о которых ты говорила.
— Хорошо, — она улыбнулась, — Только я тебя не отпущу. Вдруг убежишь.
Всё с ней ясно.
