Можем испытать их тройным зарядом, — заверил я и, мило улыбнувшись, не остался в долгу: — Только не уверен, что они вам по карману.
Пьер де Ре вдруг засмеялся и очень искренне или хорошо сыграл искренность:
— Теперь я вижу, что мы родственники!
Если даже это была игра, все равно ход хороший и проделанный мастерски.
— Перейдем на «ты»? — предложил он.
— Не возражаю, — согласился я.
— Сколько ты хочешь за пушку? — поинтересовался он.
— Испанцы в Антверпене покупают их по двести двадцать экю за штуку, — ответил я. — Если будете платить по двести тридцать, буду возить вам.
— Из-за десяти экю ты согласен везти их так далеко?! — с шутливой наигранностью воскликнул он.
— Не только. Здесь смогу взять хорошее вино и неплохо заработать на нем в Англии, — проинформировал я.
— Тогда сойдемся на двухстах двадцати, — предложил Пьер де Ре. — Мы же все-таки родственники!
— Уговорил, родственник! — шутливо произнес я.
— Но с небольшим условием. По договору продавать ты их будешь по вести тридцать, а десять возвращать мне, — предложил Пьер де Ре.
— Зачем мне это?! — произнес я, порадовавшись, что мой потомок освоил систему откатов. — Разве что пять буду отдавать. При большом количестве пушек сумма будет набегать немалая.
— Я соглашусь на пять, если их будет много. Мне сказали, что у тебя их всего семь, — продолжил он. — Сколько еще сможешь привезти?
— Сколько надо, столько и привезу, только небольшими партиями. Иначе привлеку внимание английских властей, — сказал я, не желая признаваться, что у меня мало оборотного капитала.
— А большего калибра можешь привезти? — поинтересовался мой потомок. — Адмиралу Колиньи требуются большие пушки для осады Парижа.
— Разве он осадил Париж?! — удивился я, потому что слышал, что предводитель гугенотов сейчас вроде бы воюет в Бургундии.
— Нет, но скоро осадит, — самоуверенно заявил мой потомок.
— Попробую достать, — сказал я, — если сойдемся в цене.
В цене мы сошлись. С учетом отката, который значительно подрастал на пушках большего калибра.
Заодно Пьер де Ре пообещал свести меня с купцами, которые заберут сукно и продадут мне вино и морскую соль. Я решил засыпать ее между бочками. В Англии, Голландии и Германии предпочитали французскую морскую соль при засолке сельди. Стоила она недорого, много на ней не заработаешь, но после продажи пушек и покупки вина у меня останется немного денег. Заодно корпус просолю. Соль, впитавшись в древесину, делает ее менее подверженной гнили.
Человек, который приплыл с Пьером де Ре, оказался не чиновником, а артиллеристом. Он внимательно осмотрел пушку, которую по моему приказу достали из трюма, подтвердил, что английская.