Здесь было много мастерских шорников. Они слышали выстрелы и крики, догадались, что это наших рук дело, но все отводили глаза, стараясь не замечать нас.
Когда я остановился на перекрестке, решая, куда идти дальше, шорник из крайней мастерской, изготовлявший седло, сидя на табуретке у открытого окна, показал рукой налево и сказал:
— А потом направо и выйдете к городским воротам.
— Спасибо! — поблагодарил я."
"Стража у ворот наверняка слышала выстрелы, но, поскольку крики прекратились, решила, наверное, что и без них разобрались. Двое, сняв шлемы, сидели в тени караульного помещения, играли в триктрак, еще двое солдат, опершись на гвизармы, и младший командир с коротким мечом, как у убитого мной, стояли возле открытых ворот и смотрели на заезжающую в город телегу, запряженную серым мерином, которой управляла полная пожилая женщина с красным лицом. Поклажа на телеге была накрыта старым холстом с прорехами. Наверное, пытаются угадать, что везет женщина, сколько надо взять с нее пошлины и сколько скрысить, пока отсутствует налоговый чиновник. До выходящих из города мужчины и юноши им не было дела.
Пройдя по деревянному мосту над сухим и мелким рвом, поросшим зеленой травой, я повернул в сторону реки.
— Зачем ты ходил в этот дом? — спросил я шурина.
— Меня попросили письмо передать, — ответил Ян ван Баерле.
— Всего лишь письмо? — не отставал я.
— Да, — ответил Ян, понял, что я догадался, что он врет, и наклонил голову.
— Выкладывай всё, — потребовал я.
— Меня попросили узнать, почему не отвечают на их письма. Дали еще одно. Я должен был отдать его и потребовать плату. Если пойму, что там все в порядке, передать еще кое-что на словах, — выложил он.
— А они тебе не подсказали, что сперва надо последить за домом, расспросить соседей, послать туда какого-нибудь мальчишку, чтобы проверил, нет ли там засады? — язвительно поинтересовался я.
— Нет, — печально ответил Ян ван Баерле.
— Те, кто послал тебя, или подлецы, или такие же дураки, как ты. Не знаю, что хуже, — сказал я. — В следующий раз, когда кто-нибудь попросит тебя выполнить какое-нибудь поручение, даже самое невинное, направишь его ко мне. Понял?
— Да, — промямлил юноша.
Маартен Гигенгак ждал нас со стороны Речных ворот, поэтому заметил не сразу. Мы подошли по берегу, порядком испачкавшись во время пересечения ручьев с помоями и отбросами, которые вытекали в реку из города.
— Пушка заряжена, — первым делом доложил матрос.
— Хорошо, — произнес я. — Отдавай швартовы.
Иол медленно развернулся лагом к течению. Какое-то время перемещался так, не слушаясь руля. Только когда поднятый парус наполнился ветром, иол развернулся полностью и быстро пошел вниз по течению. Я смотрел на пристань, которая, как казалось, удалялась от нас.