Жанр
Потерпев кораблекрушение в Ливерпульском заливе, наш герой, капитан дальнего плавания, добирается до берега - и оказывается в двенадцатом веке на территории королевства Англия. Там идет гражданская война, которую историки назовут Анархией. Это эпоха рыцарей, но не таких, какими он представлял их себе, а необразованных, грубых, жестоких. Чтобы выжить среди них, надо уметь постоять за себя. И еще есть море, которое помогает тем, кто предан ему....
Похоже, «Морской лорд» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В эту эпоху насильственная смерть — дело обычное. Гетен говорил, что завтра утром Вилли похоронят. Собравшиеся в доме ждали от меня чего-то.
Ни их обрядов, ни валлийских слов утешения я не знал, поэтому спросил:
— Кто с ним ездил?
— Я, — ответил мальчик дет двенадцати, белобрысый и конопатый.
Он старался бодриться, но было видно, что еще в шоке.
— Сколько их было? — задал я следующий вопрос.
Мальчик показал мне пять пальцев.
— Какие они из себя? Во что одеты? Какое оружие? — продолжил я допрос.
Сын Вилли начал с последнего вопроса:
— У них топоры, большие. А у одного копье. Они все взрослые, с бородами. И в пледах.
— Один был рыжий? — спросил я и показал на своей левой щеке, хотя делать это не рекомендуют народные приметы: — И свежий шрам вот здесь.
— Да, — подтвердил мальчик.
Поскольку все уставились на меня, рассказал:
— Видел его в лесу. Думал, охотник.
Я вышел из дома. Следом за мной — Гетен и сыновья-близнецы.
— Я пометил то место, где они заехали в лес.
— Они наверняка будут нас ждать, нападут из засады. От луков в лесу мало проку, так что порубят пацанов зазря, — отклонил я его предложение.
— Тогда пойдем вдвоем, — решил Гетен.
— Нет, — отрезал я.
— Тогда мы сами пойдем, — заявил один из близнецов.
— Нет, — повторил я и напомнил то, что вбивал в их головы на тренировках: — Мои приказы не обсуждаются, а выполняются.
Во дворе моего дома Дона, Фион и Краген, пересыпая солью, складывали треску в бочку. Они хотели о многом расспросить меня, но не осмелились. Теперь буду знать, что женщины способны справиться с любопытством. В двадцать первом веке у меня таких примеров не было. Фион зашла со мной в дом, чтобы накрыть на стол. На обед было мясо с душком, пока не сильным. Кабанятина и так имеет специфический привкус. Чтобы его не было, самца надо кастрировать до убоя, причем, не меньше, чем за два месяца.
— Раздай мясо соседям, пока не протухло, — сказал я.
— Хорошо, — согласилась она."
"Фион прямо распирало от желания спросить о чем-то или что-то рассказать. Наверное, как должен вести себя вождь деревни в такой ситуации. А то я не знаю!
— Два куска вареного мяса положи мне в сумку. И кусок сыра, пару лепешек и кувшинчик для воды, — приказал я.
У Фион сразу пропало желание что-то мне объяснять.
