А для большей надежности заставь их расстрелять русских пленных – перед фотографами и кинокамерами, и чтобы в газетах появилось. Если не поможет, можно и к пулеметам приковать. Даже если русские потратят на них какое-то количество снарядов и жизней своих солдат – и то польза. Если нет другого контингента.
– Нет, и не будет. В строй уже поставлены семнадцатилетние, а фюрер всерьез думает сдвинуть еще на год. Боюсь, что после этой войны Германия недосчитается не трети мужчин «цветущего возраста», а гораздо больше. Не подошедшие по здоровью тоже призываются – в фольксштурм – проходят обучение на месте.
– «Чтобы русских варваров, вторгшихся в ваш дом, встречала пуля из-за каждого угла», как сказал Геббельс? А если русские в ответ из каждого нашего города сделают Лувэн[31], как поступили бы мы на их месте?
– Если германская раса не смогла покорить даже славян, она не имеет права на существование – так сказал фюрер!
– По пути в Берлин видел картины, достойные пера Кафки. Или кисти Босха, если уж тебя, Генрих, оскорбляют еврейские имена. Очень многие жители восточных земель стремятся сейчас под любым предлогом, всеми правдами и неправдами, уехать подальше от «орд диких русских казаков». А навстречу им с запада бегут те, для кого какой-нибудь Дрезден кажется самым безопасным местом от американских бомбежек. Мне страшно заглядывать в бездну, которая вот-вот разверзнется под нашими ногами – мне, воюющему уже вторую Великую войну! Лишь сражаться, пока не убьют, самому уже не веря в победу – как те три римских легиона, окруженных Арминием в Тевтонбургском лесу.
– Интересно, во что верили русские, когда мы стояли под Москвой?
– Не знаю, Генрих. Зато я хорошо знаю, во что не верят мои солдаты. Снова эта идиотская пропаганда – когда нам рассказывали про мистическое наследие предков и культ древних богов. А в результате даже среди солдат ваффен СС ходят разговоры, что русских победить нельзя, потому что за них арийские боги – и этого не запретить приказом: будут молчать – и что с того? Мы не отказываемся сражаться за Германию – но, вступая в бой, мы уже знаем, что не победим.
– Не вздумай сказать такое фюреру, Пауль. Сочтет предательством, несмотря на прошлые заслуги.
– Вот это удалось найти на захваченной нами позиции русской батареи. Брошюра с описанием наших танков, все характеристики, уязвимые места, толщина брони. И среди прочих, есть описание «тигра-Б» – что это, как не предательство, если, как мне сказали, эти машины еще не были на русском фронте? Это напечатано, судя по дате, два месяца назад.