Морской Волк #07-09 - Врата Победы — читать онлайн бесплатно полностью

Всю войну там Кусто и его команда провели, как они у Монако оказались? Или история стала, с нашей подачи, настолько альтернативной – ну да, там же Достлер зверствовал, а тут после падения Виши была итальянская зона оккупации, полутора месяцев не прошло, как немцы и сюда вошли! Тогда сходится – сумел, значит, Кусто всю свою команду с семьями сюда вывезти, никто под немецкую раздачу не попал, ну а месяц как-то повезло, перетерпели. И что нам теперь с ними делать?

– Всем отбой. Это не враги.

– Теперь вы представьтесь, герр офицер, – настойчиво и с достоинством спрашивает Кусто, – кто вы?

– Советский военно-морской флот, – отвечаю по-русски, – капитан Смоленцев, морская пехота.

По-английски, что ли, попробовать? Сначала расспросить, есть ли тут немцы вблизи. А под конец приказать всем укрыться в подвале, потому что меньше чем через час тут будет очень жарко. И жаль, если сам Кусто или кто-то из его легендарной команды попадет под шальной немецкий снаряд.

Жак-Ив Кусто. В мире безмолвия. М., 1965 (альт-ист)"

"Я прекрасно понимаю капитулянтов 1940 года. Мы были народом высокой культуры и цивилизации, нам было что терять. Мы были слишком благоразумны, с оттенком смирения и соглашательства. Мы были все такие просвещенные, мыслящие, мечтательные, благородные, европейски образованные и любящие все человечество. Прошлая война, в которой мы одержали победу, взяла с нашего народа страшную дань – треть мужчин цветущего возраста были убиты или искалечены! И стали ли мы счастливее от той победы? Война – это ужасно, цивилизованные люди должны решать свои споры миром. В сороковом так думали многие: «Лучше рабство, чем снова Верден» – это говорили политики с трибун и писали газеты.

Нам не хватало бешеной ярости дикарей, не ценящих свою жизнь – как марокканские риффы, идущие на наши пулеметы с криком: «Аллах Акбар!» И сегодня я уверен, что «странная война» была вовсе не чьим-то предательством, а не более чем страхом перед новым Верденом или Соммой и ожиданием, что противник также боится и не желает этого. Наша великолепная армия, занимающая первоклассные укрепления вдоль границы, казалась несокрушимой – и мы ждали, что после полугода формально объявленной войны, на которой выстрелы были редкостью, наконец начнутся мирные переговоры. Мы никак не думали, что немцы сумеют настолько разбудить в себе диких тевтонских варваров!

Наше поражение было обидным, но не более того. В конце концов, Франция знала и взятие Парижа русскими в 1814-м, и Ватерлоо в 1815-м, и провозглашение Германской империи, кайзеррайха, в нашем Версале в 1870-м. И всегда после Франция находила в себе силы подняться и занять подобающее ей место среди цивилизованных народов.