В свете этого свысока, мудрость тянется к незримому. Старый дед наблюдательно смотрит на маленького внука, а не как бы издалека. Я знаю, что простит его ошибки, чтобы он не натворил больше. Морские лодки выдерживают штормы, но это невозможно для большого корабля — оно может развалиться или перевернуться на высоких волнах....
Похоже, «Морской волк» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Травиться пивом мне стало невмоготу.
Нильс Эриксен предложил мне пересесть на место его жены и сразу перешел к делу:
— Сыновей у меня нет. Два умерли маленькими, а два погибли. Наследником будет сын старшей дочери. Я усыновлю его, чтобы земля не ушла под корону. Запишем это в контракт при заключении брака.
О том, что мне может не понравиться вариант усыновления моего сына, ему даже в голову не пришло. Ведь так выгоднее. Впрочем, я не возражал.
— Другого приданого за Хелле дам не много, в основном скотом и продуктами, — продолжил он.
— Не возражаю, — ответил я. — Парень он с головой и не бедный. У меня на сохранении его тысяча золотых экю. Еще две отданы в рост банкиру венецианскому. Можно получить в Гамбурге или Любеке."
"Это были мои наградные Лорену Алюэлю за спасение из тюрьмы. Правда, мой кутильер еще не подозревал, что так богат. Мне не хотелось, чтобы он все деньги потратил на проституток.
— У твоего оруженосца три тысячи золотых экю?! — удивленно воскликнул мой будущий тесть.
Все сидевшие за столом посмотрели сперва на меня, потом в сторону лестницы, по которой ушел Лорен Алюэль, потом опять на меня. На их лицах был вопрос: если так богат оруженосец, то сколько денег у тебя?!
— Мы неплохо повоевали, взяли хорошую добычу на суше и на море. Даже копейщики, служившие у меня, увезли домой около тысячи, — не удержался и приврал я.
— Отдавать деньги банкирам опасно.
— А что делать?! В поход их с собой не возьмешь. Сам знаешь, военное счастье переменчивое. Попадешь с ними в плен — и выкупиться будет не на что, — сказал я.
— Да, тут ты прав. Когда я к гольштейнцам в плен попал, пришлось половину земли продать, — рассказал он и вернулся к женитьбе: — Надо вам семьи, дома заводить и там хранить деньги.
— Кто же спорит?! — произнес я. — Вот мы и подыскивали место, где нам будутрады.
— Считайте, что вы такое место нашли, — заявил Нильс Эриксен из рода Гюлленстьерне.
Хорошо, что он на всю Данию не замахнулся.
— Если согласен взять мою дочь в жены, после путины справим свадьбу, — перешел он к делу.
— Согласен, — сказал я. — А когда путина?
— Со дня на день селедка должна подойти к берегу, — ответил он. — Оруженосца твоего женим на Ханне следующей весной, когда она подрастет.
