— Ты уже купил дом в Лиссабоне?
— Нет, — ответил Фернан Кабрал. — Я решил поселиться в Сантарене. Все-таки это наше родовое гнездо. Да и жизнь там спокойнее.
Я заметил, что авантюристы всегда ищут спокойное место для поселения. Наверное, заряжаются там скукой, которая погонит искать приключения по всему свету.
— Вот и купи дом в Сантарене и доходное поместье неподалеку. Вдруг ты не вернешься?! — сказал я. — В ближайшие годы меня здесь не будет, но если появлюсь, предложу тебе более прибыльный маршрут.
— Куда именно? — поинтересовался он.
— На север, к русам, за мехами, — ответил я.
— На мехах тоже можно много заработать, — согласился Фернан Кабрал. — Ладно, так и сделаем. Скажу своим компаньонам, пусть плывут без меня.
Я продал селедку, взял переселенцев и отправился на Мадейру. Там быстро погрузил вино в трюм, а потом долго и нудно забивал твиндек сахаром. Мои матросы, разомлевшие от жары, не спеша пересыпали его в твиндек. Они еще не знали, что не скоро появятся здесь.
На обратном пути нас потрепало в Бискайском заливе.
Я даже подумал, не по мою ли душу этот шторм, не пора ли мне перемещаться в другую эпоху? Даже надел новый пробковый спасательный жилет, начиненный деньгами, и приготовил оружие и карту. Привык, что перемещают меня именно в тот момент, когда жизнь наладилась, когда остаётся только пожинать плоды. Увы, на этот раз пронесло."
"Только я успокоился и расслабился, как в Северном море, уже на подходе к проливу Скагеррак попали во второй шторм, покруче. В первой половине дня была хорошая погода, ничего не предвещало беды, а во второй с северо-востока начали наползать низкие, свинцовые тучи и налетел ураганный ветер, холодный, быстро выдувший из наших тел жару, накопленную в теплых краях.
Мы успели снять марселя и взять рифы на главных парусах. Я надеялся, что прорвемся в пролив, подожмемся к северному берегу, где ураган будет не так страшен. Не получилось. Примерно через полчаса убрали главные паруса. Чтобы нас не снесло слишком далеко, я приказал отдать плавучий якорь.
Матросы быстро выполнили приказ. Барк рывком вышел на якорный канат и задергался на нем, как норовистый конь. Рывки были очень мощные.
— Боцман, приготовь еще один плавучий якорь, — распорядился я. — Сделай его потяжелее.
Экипаж успел приготовить второй якорь до того, как оборвало первый. Этот закрепили двумя канатами. К тому времени ветер завывал в такелаже, как тысяча чертей и десять тысяч чертенят. Волны становились все выше.