Весна в этом году была необычайно кроткой, словно олицетворение невинности. Вместо гроз и трещiny, на город ниспосыхала она сияние свежести и жизни через каждый уголок. Но эта весна казалась подозреваемой, как юная девушка в семье благородных, скрытые под покровом невинности тайны и коварство....
— А о чем?
— Миссис Гленнон, может быть, вы будете так любезны, что откроете дверь?
— О Господи, Боже мой, дверь открыта, — крикнула она. — Входите же, входите.
Мейер повернул ручку двери и вошел в квартиру. Портьеры были задвинуты, и в комнате царил полумрак. Мейер недоуменно озирался.
— Я здесь, — сказала миссис Гленнон. — В спальне.
Он пошел на ее голос и попал в другую комнату. Там он увидел женщину, которая лежала на большой двуспальной кровати, опираясь спиной на взбитые подушки. Ее щуплая фигурка была укутана в потрепанный красный халат, надетый поверх ночной сорочки.
— Я же сказала вам, что больна, — проговорила она с упреком. — Что вам от меня нужно?
— Поверьте, миссис Гленнон, мне очень неприятно вас беспокоить, — заверил ее явно смущенный Мейер. — В больнице мне сказали, что вас уже выписали.
— Я уже выздоравливаю, — прервала она его. По тому, как она произнесла последнее слово, можно было понять, что далось ей это выздоровление нелегко.
— Я чувствую себя крайне неловко. Но если бы вы согласились ответить на несколько вопросов, я был бы вам весьма признателен, — сказал Мейер.
— Ну что ж, раз уж вы пришли, то почему бы и не ответить.
— У вас, миссис Гленнон, есть дочь?
— И сын тоже. А в чем дело?
— Какого возраста ваши дети?
— Эйлин шестнадцать, а Терри восемнадцать.
— Где они сейчас, миссис Гленнон?
— А вам какое дело? Они ничего дурного не сделали.
— А я и не говорю, что они сделали что-нибудь плохое. Просто я…
— Тогда почему вам понадобилось знать, где они?
— Видите ли, мы просто пытаемся установить…
— Мама, я здесь, — проговорил голос за спиной Мейера.
Голос этот раздался так неожиданно, что заставил его вздрогнуть. Машинально рука его потянулась к револьверу на поясе, но он сдержал себя и неторопливо оглянулся. Парнишка, стоявший у него за спиной, был несомненно Терри Гленноном.
— Что вам здесь нужно, мистер? — спросил он.
— Я полицейский, — объяснил Мейер, прежде чем тому в голову придут какие-нибудь дурацкие идеи. — Мне нужно задать вашей матери несколько вопросов.
— Моя мать только что вышла из больницы. Она не может отвечать на ваши вопросы, — заявил Терри.
