Весна в этом году была необычайно кроткой, словно олицетворение невинности. Вместо гроз и трещiny, на город ниспосыхала она сияние свежести и жизни через каждый уголок. Но эта весна казалась подозреваемой, как юная девушка в семье благородных, скрытые под покровом невинности тайны и коварство....
— А на какую компанию вы работаете?
— Это одна из независимых компаний, — поторопился предупредить дальнейшие расспросы глухой.
— А помимо киносценариев у вас есть и другие произведения?
— О, конечно, у меня напечатано довольно много вещей.
— А может быть, я даже слыхал ваше имя? — спросил агент.
— Очень может быть.
— А как все-таки оно звучит? Мне ведь все равно придется заполнять необходимые документы.
— Томас Вульф, — сказал глухой.
— Да, конечно же, — сказал, улыбаясь, агент. — Совершенно верно, я, знаете, даже читал некоторые ваши книги.
* * *Сидевший в будке телефона-автомата Рейф отметил маленькой галочкой десятый по порядку номер в своей записной книжке.
Оставалось еще пятнадцать телефонов, и все их абоненты размещались в южной части города, а точнее, на территории, подчиненной Восемьдесят седьмому полицейскому участку. В этом списке фигурировал и телефон Дэйвида Раскина. Как, впрочем, и телефон Джеймса Ломбарде. Дэйв Раскин был хозяином магазина готовой одежды, Джим Ломбарде — владельцем галантерейной лавки.
"Из двадцати пяти номеров, занесенных в записную книжку, было шесть телефонов магазинов одежды, восемь — ресторанов, один был телефоном Раскина, еще один — Ломбарде, три принадлежали владельцам кондитерских, два — владельцам кожгалантереи, один — бюро путешествий, два — обувным магазинам и последний — магазину галстуков.
Одним словом, список этот содержал вполне невинных абонентов.
И все-таки, занимаемое Дэйвидом Раскиным помещение размещалось прямо над банком. Магазин Джима Ломбарде соседствовал с ювелирной фирмой. Еще тридцать магазинов из этого списка примыкали к помещениям банков. Шесть находились рядом с ювелирными магазинами, и один — рядом со ссудной кассой.
Была среди них и захудалая лавчонка, расположенная около магазина, торгующего столовым серебром.
