Дивизионный комиссар Телегин, принимая командиров, выслушивая доклады, подписывая документы, мыслями неотрывно был там, куда ушла авиаразведка. Время будто остановилось, поселив в груди мучительную холодную тяжесть. Трижды звонил полковнику Сбытову, но донесений к нему пока не поступало. Тревожила мысль, что посланные в разведку истребители могли быть уничтожены врагом.
Полковник Сбытов появился в кабинете внезапно — вошел стремительно, кажется постаревший лицом, глаза его смотрели негодующе.
— Это немцы! — будто не сказал, а выдохнул. — Летало три боевых экипажа. Прошли над колонной бреющим полетом под сильным зенитным огнем. Машины получили пробоины… Голова вражеской колонны уже в пятнадцати — двадцати километрах от Юхнова!
…Телегину показалось, что диск телефонного аппарата вращается очень медленно. Когда услышал, что откликнулся маршал Шапошников, спросил, сдерживая дыхание:
— Борис Михайлович, не поступило ли к вам каких-нибудь новых данных о положении на Западном?..
— Нет! — после паузы, стараясь не выдать неудовольствия, ответил маршал Шапошников и положил трубку.
Константин Федорович будто перестал себя ощущать. Смятенные мысли бились словно не в нем… Не хотелось верить, что Генеральный штаб, получая информацию от всех видов разведки, располагая средствами вскрытия не только передвижения вражеских войск, но и замыслов его командования, мог не знать, что на ближних подступах к Москве появились внушительные силы немецких танков и мотопехоты… Чертовщина какая-то!.. Или наши летчики все-таки ошибаются?
— Нет! — воскликнул Сбытов. — Ошибка исключена!
— Полковник, — Телегин медлительно поднялся из жесткого кресла, — с Генеральным штабом не шутят… Понимаете?.. Перед Сталиным будем отвечать мы с вами, а не маршал Шапошников. Мы — первоисточник информации!
— Что же вы предлагаете, товарищ дивизионный комиссар? — с вызовом ответил Сбытов.
— Я на свой страх и риск объявляю войскам округа боевую тревогу!.. А вы…
— Каким войскам? — с болью в голосе спросил Сбытов. — Все кадровые войска отправлены на фронт. Нет у нас войск в резерве!
— Николай Александрович, — уже с досадой заговорил Телегин, вновь усаживаясь в кресло, — вы ведь и член Военного совета Московской зоны обороны. И должны знать, что кроме формирующихся частей у нас есть подчиненные нам военные училища, военные академии… Ну, это уже моя забота, мне отвечать! А вас прошу вновь поднять в воздух самолеты!.. Пусть летят на разведку командиры эскадрилий!.. Немедленно!
— Есть, немедленно! — Сбытов с горькой укоризной и непониманием окинул дивизионного комиссара отчужденным взглядом, хотел еще что-то сказать, но как бы споткнулся о его встречный, требовательный взгляд и стремительно вышел из кабинета.