Вадик, принимай трубку: в беседке на краю города жарит душа от солнца и бьется старый телефон. Странная история о любви и страхе появления неожиданного гостя, когда колесо Вадика внезапно вылетает из локдауна. Мир вокруг завораживает своей необычностью — и это только начало таинственной встречи....
— Вида крови не выношу, — усмехнулся он.
— Угу, — кивнула я. — И высоты, видимо, боишься.
— Типа того.
Я покачала головой.
— Счастливо оставаться, Гарик Ротман.
— Куда ты? Кристина! — крикнул он вслед.
— Тебя не касается, — развернулась я у двери. — И нет, я тебя не люблю, Игорь. Так и передай Вадику. И прекрати уже пудрить ему мозги. Да и ты никого не любишь. Даже себя, Ротман. Иначе убился бы насмерть. Ты… клоун. Просто несмешной.
Я хлопнула дверью его комнаты. Чуть не сбив с ног Вету, выскочила из квартиры.
Глава 21
— Просто дайте мне кофе, и никто не пострадает, — прошагала я в свой кабинет.
— Привет, привет! — подняла на меня глаза от монитора Тася.
Таисией звали девушку программистку, с которой мы теперь сидели в одном «аквариуме» — помещении на несколько кабинетов, стеклянные двери в которых можно распахнуть, и тогда аквариум превращался в единое пространство, а можно, наоборот, закрыть, задвинуть шторы или как я, отгородиться штабелем коробок с документами — и в кабинете хоть мазок сдавай.
Таисия, такая же ранняя пташка, как я, пришла первая. Больше в офисе никого не было.
— А это что? — остановилась я у своего рабочего стола. На нём лежал букет.
— Я, конечно, могу ошибаться, но, видимо, пионы, — невозмутимо вкатилась в кабинет на ролике кроссовка Тася и, захрустев упаковкой, сунула нос в цветы. — Когда я пришла, они здесь уже лежали, — глубоко, с удовольствием втянула носом запах.
— Хм… — осмотрев безымянный букет в её руках на наличие записки, я оглянулась в поисках вазы. Кто бы их ни принёс, цветы надо поставить в воду — ладно я, им-то зачем страдать."
"Ваза стоит у меня на тумбочке в бухгалтерии, помнила я, но выйти не успела.
— Таисия, вы нас не оставите, — прозвучал голосом Пряника скорее приказ, чем просьба.
— Да, конечно, Степан Аркадьевич, — сунув мне букет, покосилась Таисия на свёрток у него в руках и закрыла за собой дверь.
— Спасибо за цветы, — мгновенно прозрев кто это у нас такой заботливый явился не запылился, положила я букет на стол.
— Я же правильно понял: ты любишь пионы? — с места в галоп перешёл генеральный на «ты» и прищурился, не наблюдая восторга на моём лице. — Или ты пошутила?
Всё вы неправильно поняли, господин Пряник, — рвалось с языка. — Вообще, совсем на хрен всё неправильно. Но что-то мне подсказывало: как Гарика отпинать директора не получится. И язык стоит прикусить.
