– Согласна, но каждое лекарство – яд по своей природе, – изрекла Ныгмет. – Дрянь, конечно, но ничего, помру скоро, какая разница.
– Не рано ты себя в могилу укладываешь?
– Лапушка, мне уже больше сотни годков. – Шаманка хрипло рассмеялась. – Я связана с Землей теней, потому лишь и дышу до сих пор.
– Вы так Навь зовете?
– Навь, Земля теней – какая разница? Суть-то одна.
– Тяжело вам было в чужих краях освоиться? – спросил Лука."
"– Тяжеловато. Боги ваши отвечать шаманам не любят, нос воротят: не нравится им то, как я ритуалы провожу. Всё капищ просят да подношений, а я им вот что, – Ныгмет показала дулю и снова рассмеялась. – Они, боги ваши, любят кровь. Одна красавица просила меня ягнят резать, так я рассмеялась ей в лицо. С тех пор они ко мне не ходят. А мои боги далеко остались, не могу я их найти. – Ныгмет горестно вздохнула. – Там, откуда мы родом, почитали небо ясное, а ханов звали соколами. Время было хорошее: поля колосились, степи зеленели, кобылы приносили здоровых жеребят. Потом все прахом пошло.
– Кто виноват в этом?
– Люди, кто ж еще? – Ныгмет пожала плечами. – Человеческая жадность не знает границ. И жестокость тоже. Так вышло, что в одном из ханов они обе змеями сплелись. Стали нас преследовать, загоняли, как зверей диких, жгли стоянки, уводили дочерей и жен, отдавали на поругание воинам. Они их покрывали, как кобыл… Я такой судьбы не хотела ни для себя, ни для своих сестер, потому воззвала к богу неба, разрезала руки до самых локтей и залила все вокруг кровью. Наш-то бог крови не любит, а уж если шаман какой ее проливает… Молнии и вихри явились, разметали войско, а вожак нас собрал и прочь повел. Так мы и ушли.
– Как же мир огромен, выходит… – Лука задумчиво потер испещренный шрамами подбородок. – Сколько живу, никогда о ваших землях не слышал.
– А мы – о ваших, – подтвердила Ныгмет. – Но просторы и впрямь необъятные. За всю жизнь и малой части не обойти. Говорят у нас, что под небом всегда земля есть, а у неба, как известно, края нет.
Шаманка замолчала, все глядела вперед да языком цокала, словно обдумывала что-то. Белый дым кругом вился.
– Давно вы решили клятву людям не давать? – отважился спросить Лука.
– Как ушли с нашей земли, так и решили. Хан отправил за нашими головами не только людей, но и волкодлаков, а те ослушаться его не могли, сам понимаешь. Но тяжело нам это решение далось: видал, как ластятся к твоему человеку в нашей стае? Все потому, что волкодлачье сердце отчаянно желает принадлежать. Даже среди своих мы чувствуем одиночество, желание жизнь к ногам человека положить до самой смерти нас преследует.
– И не хочет никто к людям выйти?
– Молодые, те, кто на этой земле родился, хотят.