В очередной двадцать пятый раз он задумывается: "Не надо". Поглаживая его по руке, я мягко отговариваю. Но даже на этом этапе Кир хочет быть самостоятельным — первый курс земного университета для муданжей — это событие особенное. Я пожимаю плечами в знак признания: "Муданжец — необыкновенный, и здесь такая разношёрстная компания, что каждый может быть интересным"....
Грозный перевёл взгляд на Фысю, которая топталась за спиной у начальника в человечьей форме и теребила длинноватые рукава форменной куртки.
— Можно посмотреть вашу комнату?
Она, конечно, никого бы туда не пустила, но под прожигающим взглядом начальника хмуро кивнула. Отношения у них были простые и понятные: Фыся делала, что велят, и получала еду. Не делала — не получала.
Грозный в два шага оказался у её двери, дождался, пока начальник её откроет, и сунул нос внутрь.
— Чулан без окна, — припечатал он.
— Так она не хочет с окном! Я предлагал! — возмутился начальник.
Фыся яростно закивала. Какие окна в норе⁈ Она бы и дверь сделала втрое меньше, а то открываешь — и всё настежь!
Грозный потёр нижнюю губу и дверь закрыл.
— Санитарную обработку помещения проводите?
Начальник тяжело вздохнул и открыл рот для ответа, но так и не подобрал слова. Может, всё-таки порвать этого нахала, да и дело с концом?
— Понимаю, она не больно-то пускает, так? — пошёл на попятный грозный, как будто услышав Фысины намерения.
Начальник недовольно покосился на Фысю. А она что? Она вылизывается по расписанию! А что пахнет, так её территория, кем же тут и пахнуть, как не ею?"
"— Давайте я приглашу для беседы министра природопользования, — предложил грозный, окончательно утратив грозность. — Надеюсь, у него получится найти к ней подход.
Фысе вовсе не хотелось позволять никому к себе подходить, но она понимала, что у начальника проблемы, и почему-то из-за неё, а это значит, что в ближайшие дни жрать она будет лежалую старую падаль, а не парную индейку.
Грозный вышел, а начальник вытер пот со лба. В углу завозился старикашка Щелкун, до сих пор притворявшийся ветошью. На самом деле его звали как-то ещё, но он весь день щёлкал по квадратикам на доске у себя на столе, глядя в цветную стекляшку перед глазами, и Фыся про себя называла его именно так.
— Говорил тебе, дознаватель, брось бяку! Нет, притащил, расхлёбывай теперь! Вот на шакала она тебе была нужна⁈
— Ты бы предпочёл, чтобы она воровала по окраинам? — устало дал свой обычный ответ начальник на почти ежедневный вопрос Щелкуна. — Ловить её не обошлось бы без человеческих жертв, а потом всё равно бы в камеру посадили и кормили. Лучше уж пусть паёк отрабатывает.
