Автор
Биографический роман об одном из величайших мастеров итальянского Возрождения — Микеланджело Буонарроти. Автор прослеживает его творческий путь, борьбу за признание, сложные отношения с покровителями и вечный конфликт между мечтой художника и реальностью. История жизни, полная страданий и...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Муки и радости» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Биографический роман об одном из величайших мастеров итальянского Возрождения — Микеланджело Буонарроти. Автор прослеживает его творческий путь, борьбу за признание, сложные отношения с покровителями и вечный конфликт между мечтой художника и реальностью. История жизни, полная страданий и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Биографический роман об одном из величайших мастеров итальянского Возрождения — Микеланджело Буонарроти. Автор прослеживает его творческий путь, борьбу за признание, сложные отношения с покровителями и вечный конфликт между мечтой художника и реальностью. История жизни, полная страданий и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
С глухим воплем Микеланджело отпрянул от колодца и бросился бежать; он бежал до тех пор, пока не выбился из сил и не упал. И только теперь из глаз хлынули слезы; жгучие, мучительные, они текли на тосканскую землю и смешивались с нею.
Часть четвертая
«Побег»
1
Снова он спал теперь на одной кровати с Буонаррото. Завернутые в мягкую шерстяную ткань, под кроватью хранились два мраморных рельефа. Рельефы принадлежали ему — ведь так сказал Лоренцо.
Уж конечно, думал Микеланджело, криво улыбаясь, взять их во дворец Пьеро не захочет. После двух лет жизни в просторной, комфортабельной комнате, откуда в любое время можно было выйти и спокойно разгуливать по всему дворцу, приспособиться к этой тесной каморке, где, кроме него, жили еще три брата, оказалось не просто.
— Почему ты не идешь во дворец, чтобы работать на Пьеро де Медичи? — спрашивал отец.
— Меня не хотят там видеть.
— Но ведь Пьеро ни разу не сказал напрямик, что ты ему не нужен.
— Напрямик Пьеро никогда не говорит.
Лодовико провел обеими руками по своей пышной шевелюре.
— Забудь свою гордость, Микеланджело, — это для тебя непосильная роскошь. В кошельке-то у тебя пусто.
— Кроме гордости, у меня сейчас ничего не осталось, — тихо отвечал Микеланджело.
Истощив свое терпение, Лодовико отступился.
Микеланджело не рисовал уже целых три месяца — такого перерыва в работе он еще не помнил. Безделье сделало его раздражительным. Лодовико тоже был не в духе, хотя и по другой причине: Джовансимоне, которому исполнилось тринадцать лет, где-то сильно набедокурил, и у пария были неприятности с Синьорией. Когда наступили знойные июльские дни, а Микеланджело по-прежнему хандрил и бездельничал, Лодовико возмутился:
— Никогда я не думал, Микеланджело, что ты просто лентяй. Я не позволю тебе больше слоняться по дому как неприкаянному. Я уже говорил с дядей Франческо: он устроит тебя в цех менял. С твоей образованностью, после двух лет учения у тех профессоров…
Вспомнив, как ученые-платоники, усевшись вокруг низкого стола в кабинете Лоренцо, вели споры об иудейских корнях христианства, Микеланджело печально улыбнулся.
— Извлекать прибыли они меня не учили.
— …и когда-нибудь ты вступишь в компанию с Буонаррото. Из него, надо думать, выйдет хитрый делец. У вас будет капитал!
Он шел вверх по Арно, на поросший ивами берег. Искупавшись в мутной реке и освежив накаленную зноем голову, он мучительно думал: «Что же мне теперь делать? На что решиться?» Он мог жить и работать у Тополино. Он уже и ходил к ним несколько раз, молчаливо усаживался во дворе и принимался за работу, обтесывая строительный камень, но то было временное облегчение, а не выход.
