Автор
В Мультиверсе, где каждая строка в бесконечном пространстве может быть отдельной реальностью, Иван Ломакин — драйвер-оператор крейсера «Дерзкий» — ощущает разницу. Здесь белый цвет не ассоциируется с заснеженным полем или метелью, а открывает новую физиономию вселенной в виде межвселенского континуума....
В глазах потемнело…
Глава 21
С бомбой хаоса в руке
Только очнувшись в ложементе каюты от ВСП-прыжка и увидев в стенном виоме слабо светящееся колечко аккреционного диска чёрной дыры, Ярослава поняла, что соскучилась по экстриму. Она даже зажмурилась, сдерживая восклицание, представив, как стоит в рубке крейсера и командует манёврами.
Словно подслушав её мысли, в каюте мягко заговорил динамик интеркома:
– Ярослава Кирилловна, поднимитесь, пожалуйста, на мостик.
"Она встрепенулась: почудилось, что это голос Руслана, – однако голос принадлежал капитану «Ра» Феликсу Барченко, и женщина, открыв глаза, лишь улыбнулась печально.
Впрочем, на посту управления российским крейсером она появилась уже с видом решительной властной персоны, какой всегда и была.
Капитан Барченко, рослый, с волосами цвета соломы и великолепными усами «а-ля укр», над которыми потешался весь погранфлот России, встретил её, стоя у своего ложемента.
– Мы в пределах прямой видимости, Ярослава Кирилловна, – сказал он густым баритоном, кивая на центральный виом. – Дальше придётся идти в режиме «И».
Ярослава кивнула в ответ, переводя взгляд на призрачное колечко света в тёмном ореоле. Режим «И» означал «инкогнито», переводя корабль в состояние полной невидимости во всех диапазонах электромагнитного спектра.
– Связь с Маккеной?
– «Феникс» не отвечает.
Что-то сверкнуло в тёмном облаке вокруг светящегося колечка.
Барченко заметил морщинку над переносицей собеседницы.
– Ядране лупят по чёрной дыре из каких-то излучателей.
Ярослава нахмурилась.
– Это… чудовищно!
– Согласен, наши эксперты боятся, как бы эксперименты ядран не закончились взрывом квазара[29].
Ярослава имела в виду совсем другое: в чёрной дыре в настоящий момент находилась группа Руслана (хотелось верить, что они живы, несмотря на «железные законы физики»), и энергетические удары по ней опасны прежде всего десантникам, – но объяснять свою точку зрения капитану «Ра» не стала.
– Как только свяжетесь с Рудольфом…
– Капитан, есть связь! – возбуждённо прервал её бортинженер крейсера Драгомир Боев, служивший ранее на «Непобедимом»; Ярослава хорошо его знала.
