Максим Аркадьевич вышел на свободный воздух после долгого перелёта: мягкая посадка, вежливые стюарды, профессиональный экипаж и идеальные погодные условия. Войдя в терминал, он сразу увидел Целестину — женщина, с которой провёл большую часть своей жизни. Весь лагерь перед ним обновился за годы, но встреча была такой же теплой и верной как прежде....
Прошёл?
Мира открыла глаза и посмотрела на Максима, лицо было рядом, она даже почувствовала лёгкий запах чеснока и медленно кивнула, соглашаясь, что кошмар прошёл. Ненадолго, как она точно знала, но сейчас прошёл.
- Тебе лучше?
- Пить хочу, - во рту пересохло, Мира еле проговорила эти слова.
- Я принесу воды, - медленно отпуская руки, внимательно, с опаской смотря на девушку, как на снаряд замедленного действия. Мира покачала головой, показывая, что она не останется здесь одна.
- Пойдём, - он потянул за руку, почти силой поднимая из кровати, выпутал из одеяла и отвёл на разобранный диван, усадив там, а потом вернулся со стаканом воды. Мира покорно выпила.
- Может, ты лекарства какие-нибудь не приняла? - вздохнул.
- Я принимаю только витамины, а это... пройдёт через несколько дней.
- Хорошо, ложись, - показал глазами на свою подушку, рядом пристроил ещё одну и лёг сам, потянув Миру на себя. - Ложись, мне на работу к восьми утра, попробуем так.
Мира посмотрела внимательно на Максима, тот был в трусах, которые скрывались под длинной футболкой, он смотрел спокойно и даже как-то свысока. Не похож на насильника, да и кто в трезвом уме решится причинить зло внучке самого Сильвестра.
- Мультяшка, ныряй под одеяло, - прочитал её мысли Максим. - Я не собираюсь насиловать тебя или домогаться, просто зверски хочу спать, тебе тоже не помешает здоровый сон.
Мира вздохнула и забралась под одеяло, устраиваясь на подушке, через мгновение она оказалась прижата к Максиму, и ей не захотелось спорить, она пару раз вздохнула и уснула.
Глава 9. Максим
Максим проснулся, как обычно, раньше будильника. Быстро протянул руку и заранее отключил его. Мира ворочалась и ёрзала половину ночи, в итоге крепко уснула только под утро. Грудь Миры удобно устроилась в ладони Максима, а попка прижалась к паху. Он зажмурил глаза. Естественно, утро давало о себе знать, а женское тело рядом, прижатое, расслабленное и, как назло, идеально подходящее, как по росту, так и по размеру в аппетитных местах, усугубляло ситуацию.
Ночью, успокаивая мечущуюся Мирославу, он не придал значения одежде девушки, иначе бы надел на неё одну из своих футболок. Майка с широкой проймой была предназначена для того, чтобы хозяйка носила её только с топом или спортивным, мягким бюстгальтером.
