Автор
Стремительный взбрыкувание Стефании Олджер перед удаляющимся управляющим Хижины в тропиках содрогает атмосферу непредсказуемости и тревоги. В то время как брюнетка Эмили Керр, заметно миролюбивая среди своих шумных собеседниц, осторожно прикрепляет свой палаток к дереву, подчеркивая разнотипность в центре мрака и страха....
И даже на очень долго!
Эта девушка была страшным противником... Настоящий комок из мускулов и нервов, необыкновенно жестокая, идеально владеющая техникой боя. Она дралась, чтобы убить, и это было совершенно очевидно. Удар каблуком, который поверг Бассовича в легкий шок, был нанесен изо всех сил. По счастью, сработал рефлекс опытного бойца: силу удара Коста успел ослабить рукой.
— Вы не хотите немного поговорить? — мирно поинтересовался Гунтер.— Нам, безусловно, есть что сказать друг другу.
Вместо ответа эта белокурая бестия выпрямилась, чтобы ударить его каблуком, подняв ногу невероятно высоко для своего маленького роста. Гунтер избежал удара быстрым движением, но не смог достать своего противника. Она уже крепко стояла в положении защиты на своих железных ногах. Настоящий маленький тигр, сильный и быстрый. И... такой приятный на вид.
Гунтер уже стал подумывать о том, что ему придется идти до конца, чтобы нейтрализовать ее. если сам не подвергнется до этого молниеносной атаке с ее стороны, когда увидел, что девушка выпрямилась и расслабилась.
— Действительно, я тоже думаю, что мы можем поговорить,— вдруг сказала она.
— В самом деле?
— Думаю, что сможете, при условии, если поднимете руки, — раздался глухой голос лакея.
Гунтер медленно повернулся, следя на всякий случай за девушкой. Он увидел старика в блестящем жилете, держащего кольт «Кобра» в руке. На лице его сохранялось то же мрачное выражение.
— Пожалуйста,— сказал он,— руки вверх!
Гунтер послушался. Было в рыбьих глазах старого слуги нечто такое, что заставило его сделать это. Он слышал, как блондинка встала позади него, и почувствовал, как ее руки обшарили его одежду и вытащили кольт-44 из кобуры под мышкой. Затем Гунтер почувствовал ее запах, когда она переместилась, чтобы встать перед ним. Блондинка едва достигала подбородка Гунтера. Она улыбалась, что делало ее еще более молодой.
— Месье Гибсон!
— Да?
— Вы только что причинили мне боль.
— Огорчен.
— Я не люблю, когда мне делают больно,— тихо проговорила она.
— Никто этого не любит.
Девида пристально смотрела на него своими зелеными глазами, продолжая улыбаться.
— Ваше имя не Гибсон, правда?
— А это вас интересует?
— Очень.
— Мое имя Гибсон.
