Районный центр Братково расположен на границе между Россией и Украиной. Жители разделены стеной и говорят на смеси двух языков. История о людях, живущих между двумя мирами, о том, как граница разрывает семьи и меняет судьбы обычных селян.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Мутанты»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Районный центр Братково расположен на границе между Россией и Украиной. Жители разделены стеной и говорят на смеси двух языков. История о людях, живущих между двумя мирами, о том, как граница разрывает семьи и меняет судьбы обычных селян.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Трофимович Алексеев Ьесы и драматургия подборки серии
Районный центр Братково расположен на границе между Россией и Украиной. Жители разделены стеной и говорят на смеси двух языков. История о людях, живущих между двумя мирами, о том, как граница разрывает семьи и меняет судьбы обычных селян.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Дременко, спавший на лавке, неожиданно сел, как ванька-встанька, и совершенно трезвым голосом спросил:
– Слышу я, о чем это вы тут разговариваете ! А ты, Елизавета Трофимовна, не встревай, когда молодые беседуют. Тебе-то какое дело?
– Ага! – ухмыльнулась та. – Подслушал! И что? Загорелся? Вздумал американцу дочку отдать?
– Не твое дело! – отмахнулся голова и пихнул в бок переводчика. – Хватит спать, работай! Переводи! Тут такой интересный разговор состоялся.
Тот подскочил, завертел глазами:
– Стреляют? Партизаны?
– Не стреляют, а говорят. А ты спишь на работе! Переводи!
– Но Джон молчит…
– Конечно, теперь молчит, раз все уже сказал. Думаешь, чего он ей все руку-то жмет?
– Это не переводится…
Сова обидчиво поджала губы, схватила тряпку и принялась оттирать печную плиту, сердито поблескивая глазками. А Дременко пересел поближе к Оксане и с интересом глянул на Джона:
– Скажи-ка мне, дочка, у него какое ранение?
– А чего это ты следствие наводишь? – встряла Сова. – Сами же подстрелили американца, а теперь сами допрос устраивают…
– Вас, Елизавета Трофимовна, не спрашивают! Так чем его ранили?
– Ты в моей хате! – возмутилась Сова. – И не одергивай! Совесть-то имей!
– Я голова администрации! И провожу дознание.
– Ой-ёй-ёй – голова! Ты голова у хохлов! А сидишь в России!
Тарас Опанасович ее проигнорировал.
– Чем, говоришь, ранен?
– Осколком. – Оксана отняла свою руку у Джона.
– Где осколок? Мне нужен для отчета. Меня спросят.
– В таз бросила, не знаю…
– Елизавета Трофимовна, где осколок?
– Я что, осколки ваши собираю? – огрызнулась та. – У нас своих хватает. Из Степана вон до сих пор выходят, и из меня…
Джон завибрировал, приподнялся повыше и заговорил отрывисто. Переводчик захлопал глазами и ртом одновременно.
– Переводи! – велел Дременко.
– Господин егерь… Это он вас так называет… Хочу вам сказать, господин егерь… Это судьба. Я встретил вашу дочь.
– Встретил, ну и что? Что дальше?
– Я счастлив, – все еще блуждал глазами переводчик, выдавая смятение. – То есть он счастлив… Ваша дочь прекрасна! Я счастлив, что пошел на мутанта и меня подстрелили русские партизаны. В самое сердце.
Тарас Опанасович обомлел:
– У него что, еще одно ранение, в сердце? Нет же ничего!
– Это в переносном смысле, тату, – помогла Оксана. – Он мне в любви объяснился.
– Мать твою! – восторженно выругался родитель в адрес переводчика. – За что тебе деньги платят?! И что, замуж позвал?
– Разумеется. Мы уж в том возрасте, когда объяснился – и сразу предложение.
– Мое сердце принадлежит вашей дочери, господин егерь, – начал стараться переводчик. – Я никогда не встречал такой прелестной девушки! Не знаю ваших обычаев… Прошу руки вашей дочери, господин егерь!
– Что это он все – егерь, егерь? – недоуменно спросил Дременок.
