Ветеринарша Елизавета Совенко случайно наткнулась на забытую землянку во время грибных походов. Там она встретила странную мутанта, что заставило её сердце биться чаще. Унылая яма, скрывающая островок жизни, стала вдруг местом встреч с неузнаваемыми существами, и Совенко забыла о своих грибах....
– УФ, напугал! – засмеялась бывшая секс-рабыня. – Думаю, что случилось? Да я с ним не встречалась! Хотя, полагаю, это было бы любопытно!
– Кончай болтать, – деловито перебил Волков, – я серьезно. Меня интересует его внешний вид, поведение. В общем, психология.
Покрывало с Любки свалилось, однако она не обратила на это внимания. Мыкола тоже – сейчас даже ее близкая, обнаженная грудь не вызывала тех эмоций, что охватывали его в зале во время танца.
Любка закурила, откинулась на спинку и скрестила ножки.
– Это очень сильное существо, – не сразу начала она описывать свои впечатления, верно вспоминая встречу. – Разумеется, мужского пола. Вид уродливый, устрашающий, но не отталкивающий. От него исходит мощная энергия. Не та, что у голодных самцов, а… как бы это объяснить? Показалось, он страстный, но сдержанный.
– Как он сигарет попросил?
– Никак… Сама дала. Я всегда сама даю, если хочется.
– Может, он внушил тебе эту мысль?
– Треп, ничего он не внушал! – уверенно заявила она.
Танцовщица села к нему вполоборота, подставив спину.
– В каком месте он напал? – Волков потер влажную от пота, длинную шею. – Мне надо точно.
Она недоуменно обернулась:
– Ты рехнулся? Да меня девки завалят, если скажу!
– Полная гарантия, Люб! Слово даю!
– Даже не проси! Мне проще нарушить зарок и под тебя лечь, чем трафик сдать… Да зачем тебе мутант, Коль? Дременко прибежал, наорал, теперь ты…
Говорить ей правду было опасно, разнесет, и тогда Волков решил зайти с другой стороны:
– Ну, хочешь, на колени встану?
И мгновением позже сильно пожалел об этом…
Дверь в грим-уборную распахнулась, и по тяжелой поступи, по незримому движению тела он сразу угадал, кто вошел… По спине к затылку пробежал мороз, как бывает в раннем детстве от ужаса перед темной комнатой.
– Не дает? – нарочито изумилась Тамара. – Ах она, тварь!
Волков с Любкой обернулись одновременно – судебный пристав стояла, как скала, выставив вперед уступы бедер, живота и груди, словно предлагая немедля покорить эту высоту. Распахнутый форменный китель и вздыбленные, изготовленные на заказ полуметровые погоны на плечах выдавали ее истинное настроение."
"– Выйди! – Неведомым ранее, поистине волчьим усилием воли он вернул себе самообладание.
