В глубоких лесах старого дома, где мир словно замер в прохладе веков, я искал уголок покоя и одиночества. Но когда предложили мне место, которое никто никогда не посещал, моё сердце билось быстрее: тайные тропы под звёздами, где только местные знали дорогу, казались привлекательнее всего. Здесь музей древних артефактов ждал меня в отдалённом уголке мира, укрытом среди непроходимых лесов и скрытого от посторонних....
Рита бросилась туда, в эту дверь, громко рыдая, потому что сил никаких уже не было. Новая комната была совсем небольшой – раза в три-четыре меньше предыдущей, и такой же запущенной, и в ней точно так же не было других дверей – только та, через которую Рита вошла, плюс одна стена с окном и ещё две – просто белых крашеных. Покрашены они были, судя по всему, давно, краска местами облупилась, а местами стала из белой какой угодно другой, пятьдесят оттенков грязного."
"Но посередине стоял чистый столик, а на нём – красивый фарфоровый кувшин, расписанный розочками, и такой же фарфоровый тазик.
Риту больше всего поразила эта золотая отводка – что за дебильный миллионер накупил антиквариата и использует его по назначению? Такие горшки надо ставить в витрину и рассказывать на их примере о развитии представлений о гигиене, а не… гадить в них! Но – другого варианта ей никто не предложил.
Она потом ещё перевернула пустой кувшин и посмотрела, нет ли клейма на дне. Было. И не говорило ей ничего, она с такими не встречалась. Такое случалось, мало ли фарфоровых заводиков, и не обо всех она знает, но – если уж клеймо содержало надпись, то она обычно хотя бы могла понять, на каком языке написано. Европа с латиницей, или там Китай-Япония-Корея. А тут она понять не могла, ничегошеньки. Но – неожиданно для себя смогла прочитать надпись.
За грязным окном был тот же лес и те же горы. И очень милая полянка внизу – вся заросшая лиловыми цветами.
