В глубоких лесах старого дома, где мир словно замер в прохладе веков, я искал уголок покоя и одиночества. Но когда предложили мне место, которое никто никогда не посещал, моё сердце билось быстрее: тайные тропы под звёздами, где только местные знали дорогу, казались привлекательнее всего. Здесь музей древних артефактов ждал меня в отдалённом уголке мира, укрытом среди непроходимых лесов и скрытого от посторонних....
Солнце стояло высоко, наверное – день в разгаре. Рита открыла раму, с трудом откинув крючок – потому что проржавел и никак не хотел шевелиться в своём кольце. Пусть хоть проветрится, что ли, если ни воду грязную никуда не вылить, ни горшок. Хотя она уже была готова выплеснуть содержимое умывального тазика просто на пол – напополам, в спальне и здесь. Просто чтобы пыль прибить. А то очень уж нехорошо, а ей здесь быть неизвестно сколько.
Так вот, про неизвестно сколько. Её кормить будут, или как? Если зачем-то заперли, то она им нужна? Или наоборот – Рита у них нежелательный свидетель? Второго не хотелось бы, конечно, да она и не видела ничего.
Но сначала вообще-то могли бы и покормить!
Если она проспала одну ночь, то последняя еда была вчера в обед на работе.
Есть хочу, думала Рита. Очень хочу!
И с изумлением смотрела, как в стене прорисовывается новая дверь – ещё куда-то. Вдох, выдох, пошли.
Новая дверь привела в следующую комнату, и первое, что увидела Рита, это – стол с белоснежной скатертью, и на нём – сервированный завтрак. Божечки, завтрак!
Сервировка поражала той же странной смесью изысканного антиквариата и неизвестности.
Все предметы из фарфора имели то самое клеймо – «Сотю». И либо рисунок в виде лиловых цветов, либо просто орнамент из линий такого же и зелёного цветов.
Вокруг же царил традиционный хаос. Кучи пыли, грязные окна, сломанная мебель.
Рита побоялась, что если она всё это сейчас не съест, то оно куда-нибудь денется, села и принялась за еду.
