Автор
Новый генеральный директор подходит к секретной встрече. В конференц-зале уже собрались ключевые руководители компании, ожидая неизвестного менеджера. Полина, Аня и Юля смотрят в смартфоны, пропуская рабочие сообщения, когда телефонный звонок прерывает их тревожную беседу. В дверях появляется незнакомый человек, а за его спиной — новое лицо компании, которое никто не ожидал....
Для чего он вообще еще приходит домой? Громко топать по квартире и меня будить? Однажды я закрыла входную дверь на внутренний замок, чтобы Вова не смог открыть снаружи. Он тарабанил и звонил мне на телефон, а я не открывала. Через дверь я прокричала ему, чтобы уматывал спать на свою любимую работу. Вместо того, чтобы уехать и заснуть на диване и себя в кабинете, Вова вызвал МЧС, чтобы те взломали дверь. Это был первый раз за почти пять лет брака, когда скандал с обвинениями устроил Вова мне, а не я ему.
Потом я собрала чемоданы с вещами Вовы и выставила их в прихожую. Ему это не понравилось, и он снова устроил мне скандал. Обвинял меня в том, что я не понимаю, как ему тяжело, и не поддерживаю его. Мол, у всего менеджмента жены относятся с пониманием, кроме меня.
Я принципиально перестала стирать рубашки Вовы, отпаривать костюмы и готовить ужины к его возвращению ночью. Ходить в грязных рубашках и мятых костюмах мужу тоже не нравилось. Но по поводу еды, кстати, ничего не говорил.
Наша семейная жизнь превратилась в соседство. Не очень приятное, к слову. Мы раздражали друг друга. А я так и вовсе старалась как-нибудь насолить мужу.
А потом случилось то, что стало окончательной точкой.
Глава 7. Сын
Это было воскресенье. Вова на удивление находился дома, и мы даже вместе сидели на кухне, но не разговаривали. Я пила кофе, а он читал новости на планшете. У Вовы зазвонил телефон. Я успела бросить на смартфон взгляд: был незнакомый номер.
Вова сморщился. Он не любил отвечать на звонки незнакомых номеров, потому что это всегда были или реклама, или мошенники.
Но в тот раз поднял трубку:
— Алло. Да, я. А вы кто? Кто? Какая Наталья? — Вова свел на переносице брови. — Не понял, — оторопело ответил.
А дальше кровь отхлынула от его лица. Вова побледнел, губы посинели, телефон в руке задрожал. Я не на шутку испугалась. Что-то случилось? Кто-то умер? У Вовы бабушке почти девяноста лет…
— Я ничего не понимаю… — растерянно промямлил.
Вова положил трубку и поднял на меня стеклянные глаза.
— В чем дело? — испуганно спросила.
— Мне сейчас позвонила двоюродная сестра моей бывшей девушки, с которой я встречался до тебя, — ответил, еле прошевелив языком.
Я мало знала о предыдущих отношениях Вовы, потому что еще в самом начале наших он заверил меня, что серьезно у него ни с кем не было.
