В помещении царит дружелюбная теплая атмосфера, где уют и веселье смешиваются с неожиданной реальностью. Один из приглашенных мужчин, Денис, внезапно заявляет о своем существовании как женихе собеседницы, вызывая недоумение и стыд в ее глазах.
Почему, как только я начинаю верить, что всё действительно нормально, происходит очередной откат на десять, а то и сотню шагов назад?
Я проглатываю противный ком, вставший поперёк горла, навешиваю на лицо беззаботную улыбку и сажусь рядом с Денисом.
— Не скучал?
— Я всегда скучаю по тебе, маленькая, — улыбается он.
Я плавлюсь от его ласкового взгляда, всё его внимание направлено на меня. Может, это глупо, но я верю и доверяю ему. Он по-прежнему единственный близкий мне человек. Но есть одно «но».
Я больше не могу игнорировать его тайные разговоры с этой «деткой»!
Следующие три недели я внимательно присматриваюсь к поведению Дениса.
Он нежен, заботлив, вежлив. Он — мой муж, который проводит со мной очень много времени. Я бы даже сказала — слишком много. Для работающего человека. Выходные — со мной. Вечерами — домой, без задержек и опозданий. Когда бы я не позвонила, он отвечает практически моментально. Голос ровный, никакого тяжёлого дыхания, словно он только что слез со своей любовницы.
Вечерами по вторникам и четвергам мы много беседуем о моём новом докторе.
Седовласая Наталья Ивановна Миронова мне нравится, она не давит на меня, чаще — мягко и аккуратно расспрашивает о детстве и юности. И совсем не задаёт тяжёлых вопросов на тему моей амнезии, моих отношений с мужем, но, несмотря на это, я всё-таки поделилась с ней своими сомнениями по поводу его верности.
— Почему бы вам просто не спросить прямо? — Ответила она. — Чего вы боитесь?
А раз бояться, помимо очевидного, мне и вправду нечего, то я и спрашиваю.
— Денис, ответь, пожалуйста, честно: у тебя всё-таки есть другая женщина?
21
Ни один мускул не дёргается на лице моего мужа. Он переводит медленный взгляд на моё лицо, смотрит изучающе и вздыхает.
— Опять?
— Я знаю, что ты разговариваешь с ней по телефону. — Предупреждающе выставляю руку вперёд, не позволяя ему приблизиться. — Я запуталась. Честно, Денис. У меня никого нет. Вообще никого из близких. Только ты. Я… Да я даже себе не могу верить! Мне просто необходимо знать, что я могу доверять тебе, иначе весь мой мир… Он же просто рассыпется!
— Лукерья, у меня нет другой женщины, — он качает головой.
— Кажется, я больше не могу, Денис, — шепчу в ответ и трусливо сбегаю.
Срываюсь на плач ещё на лестнице, громко хлопаю дверью спальни и бросаюсь на кровать.
