В ночной тишине я ощущала грусть прошлого, когда жизнь казалась ярче и ближе к счастью. Теперь она истончилась до рябины на окне спальни, сердце молчаливо, дыхание прерывисто, а руки, которые прежде ласково расчесывали мою шерсть, теперь медленно сжимают подушку. "Но ведь она переродится", — пытаюсь утешить себя я как кошка в душе. Чувствую, что жизнь меняется, но искры ее прошлого останутся навсегда....
— Вам чужды классовые различия, а еще в вас нет почтения к возрасту. Вы будто не наша с Мадлен ровесница, а их. Ну и на моего брата вы не смотрите, как смотрела бы юная трепетная девушка на могущественного герцога. Он для вас будто один из множества других мужчин. Вы будто таких Домеников повидали столько, что еще одним вас не удивить.
Я раскрыла рот и хлопнула глазами.
— Просто он же мой муж. Как бы он уже мой. Зачем мне перед ним трепетать и бледнеть от смущения? — выдала единственное, что пришло в голову.
Камилла рассмеялась.
— Ну вот я и говорю! У вас хоть и юное тело, а душа взрослая. Вы даже не понимаете, что я имею в виду. А еще ваши отношения с госпожой Матильдой — они не такие, как между кошками и людьми на Верне. Вы будто вместе обе прибыли к нам недавно. А связывают вас… практически родственные узы. Вы преданы друг другу, как, например, мы с сестрой. Так вот, осмелившись просканировать вашу ауру и резерв, я с удивлением поняла, что он большой и полный, но каналы совсем не развиты, как будто вы не маг.
Я нервно сглотнула и поёрзала на стуле. Ну просто Шерлок, а не девочка!
— Ты ошибаешься, — выдавила я из себя со скрипом.
— Не думаю, что сильно ошибаюсь. Но вы можете мне не открываться. Это не имеет никакого значения. Я все равно расскажу вам, до чего докопалась в своих исследованиях, — отмахнулась Камилла и взяла странную карту из разноцветных кружков на темном фоне, похожую на карту планет.
